Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Украина упустила шанс на выгодный мир из-за ошибок Запада, пишет Toyo Keizai. Мир можно было заключить еще в 2022 году в Стамбуле – однако западные лидеры, не приемлющие компромиссов, не позволили этого сделать, отмечает автор статьи.
Дзюн Ёнаха
Почему эксперты, мнение которых по поводу конфликта на Украине так активно тиражировалось в японских СМИ, так и не смогли предложить реалистичный путь к миру? Историк Дзюн Ёнаха указывает на сходство с войной на Тихоокеанском театре боевых действий: поддавшись общественному мнению, не желавшему мириться с неоднозначным исходом, страна упустила возможность заключить выгодный мир. Представляем вниманию читателей отрывок из новой книги "Почему нельзя сказать: "Мы совершили ошибку"", в котором автор заново рассматривает уроки, вынесенные Японией из поражений в эпоху Сёва.
Нельзя прекратить огонь, не научившись принимать неоднозначность
В чем ошиблись эксперты, анализировавшие конфликт на Украине? Попробуем ответить на этот вопрос с исторической точки зрения, начав с самого понятия войны.
Как только начинается конфликт, общество перестает мириться с неоднозначностью. Людей ставят перед выбором из двух вариантов и требуют ответить: "Ты на чьей стороне?". В государственной политике постепенно утверждается позиция, призывающая: "Никаких компромиссов! Задействуйте все имеющиеся силы до предела, пока не победит та сторона, которую мы считаем правой!". Так было и во время пандемии коронавируса, когда борьба с ним приобрела черты псевдовойны, и в далеком от Японии конфликте на Украине.
Нет, если вспомнить пережитый некогда нашей страной опыт, следует сказать скорее обратное: именно общество, не терпящее неоднозначности, и развязывает боевые действия.
После окончания Русско-японской войны в 1905 году страна Восходящего солнца стала рассматривать Маньчжурию и Монголию как свою сферу влияния. Однако оставалось неясным, в какой мере другие великие державы признавали особые права и интересы Японии в этом регионе. Единой позиции по этому вопросу не было даже среди высших политиков и чиновников страны. Стремление поставить в этом вопросе точку и добиться однозначности породило целый ряд планов силового решения проблемы, реализация которых в итоге привела к Мукденскому инциденту 1931 года – или, проще говоря, интервенции Японии в Маньчжурию.
Но чем закончилась развязанная таким образом война? Вопреки распространенному представлению, существует и точка зрения, согласно которой Япония на самом деле не капитулировала безоговорочно. Такую концепцию в 1978 году выдвинул литературный критик Дзюн Это. Ее смысл заключался в следующем: при принятии Потсдамской декларации безоговорочно капитулировали только японские вооруженные силы. Продвигая эту версию, автор стремился донести до общественности, что Генштаб и Соединенные Штаты несправедливо истолковали капитуляцию, представив дело так, будто безоговорочно сдалось все японское государство, а не только его вооруженные силы – и на этом основании даже переписали конституцию.
Как же обстояло дело в действительности? По мнению историка Тамона Судзуки, "фактом является то, что большинство представителей японской стороны считали капитуляцию условной, в то время как на американской стороне верили в ее безоговорочность. Завершить войну удалось благодаря широкой интерпретации условий "безоговорочной капитуляции".
Иными словами, война эпохи Сёва началась со стремления устранить неоднозначность, но закончилась – когда страна была наголову разбита – принятием этой самой неоднозначности. Противник, разумеется, может смотреть на происходящее совершенно иначе. Но пока не свыкнешься с этой мыслью, мира не будет и сохранить его не удастся.
Возможность заключить мир была упущена и во время войны на Тихоокеанском театре боевых действий
Разумеется, пока ход войны складывается в пользу своей родины, начинаешь надеяться, что удастся заключить мир, который будет полностью соответствовать твоему собственному пониманию происходящего. Однако если дело затягивается, формируется мощный водоворот общественного мнения, не допускающего компромиссов и отступления. Массы начинают требовать все более "полной победы". В результате вести реалистичные переговоры уже невозможно, и все попытки заключить мир будут обречены на неудачу.
В феврале 1942 года, когда японская армия захватила Сингапур, бывший дипломат Сигэру Ёсида (после заключения мира он стал премьер-министром), критиковавший войну против США и Великобритании, посоветовал Фумимаро Коноэ отправиться в Европу, считая, что стране представляется последняя возможность заключить выгодный мир. Но общество, напротив, – в том числе и те, кто прежде скептически относился к войне, – решило, что теперь победа Японии предрешена, и стало требовать еще большего. Из-за репрессий со стороны правительства Хидэки Тодзё мирные инициативы Ёсиды и Коноэ так и не были реализованы. Именно тогда мы и вступили в ад.
С конфликтом на Украине происходит ровно то же самое. В марте 2022 года, во время переговоров в Стамбуле, когда блицкриг российской армии не увенчался успехом, еще можно было заключить мир – пусть и допускающий определенную неоднозначность. Владимир Зеленский мог бы представить своему народу оборону столицы и переход территорий под контроль Киева как "военные достижения". Владимир Путин мог бы удовлетвориться отказом Украины от вступления в НАТО. Таким образом, конфликт можно было бы закончить – пусть даже обе стороны объявили себя победителями.
Однако лидеры стран Запада и общественное мнение не желали компромиссов. Мысля категориями "черного и белого", они намеревались добиться четкого ответа на вопрос, кто победил, а кто проиграл. Тогда общественное мнение в Японии, сильно зависящее от мнения экспертов, опасалось, что в будущем любая развитая страна может оказаться втянутой в конфликт. Мы продолжали упорно цепляться за заведомо проигрышную позицию, не замечая, что шансов на победу уже не осталось – и постепенно утратили из виду выход из конфликта.
Во время войны эпохи Сёва штабисты, не отвечавшие за конечный результат, разрабатывали планы военных операций, которые зачастую заканчивались провалом. Но в примерах другой страны любой может без труда примерить на себя роль "штабиста". Этот пагубный эффект, в точности повторяющий проблему с "экспертами" во время пандемии коронавируса, в случае с Украиной не только не был устранен, но и усугубился. Так было даже тогда, когда СМИ самостоятельно и свободно выбирали приглашенных специалистов.
Что произойдет, если в будущем Японию втянут непосредственно в конфликт, а экспертов начнут направлять на радио и телевидение по распоряжению государства? Пора бы нам всерьез об этом задуматься.
Как Норихиро Като раскрыл суть "безоговорочной капитуляции"
Когда в феврале 2026 года Соединенные Штаты и Израиль нанесли авиаудары по Ирану, японские СМИ практически моментально перестали освещать украинский конфликт. Все отошло на второй план. Однако проблемы, проявившиеся в ходе ведения боевых действий, в дальнейшем будут лишь приобретать все большую остроту.
Если стремление избегать неоднозначности и добиться полной победы, четко разграничив победителя и побежденного, усиливается, результатом конфликта нередко становится требование "безоговорочной капитуляции". Но откуда вообще взялась такая идея?
Литературный критик Норихиро Като, принадлежавший к следующему поколению после Дзюна Это и стремившийся превзойти его, посвятил данному вопросу большое эссе под названием "Переосмысление послевоенного периода", вошедшее в его дебютную книгу "Тень Америки" (1985). К какому выводу он пришел?
"Не была ли политика, ставившая своей высшей целью во что бы то ни стало сохранить за победителем полную свободу действий после окончания войны и предусматривавшая приобретение положения, позволяющего в одностороннем порядке судить противника, оставаясь при этом неподсудным ему, на самом деле необходимым условием, которое лидеры стран-союзниц сочли нужным для того, чтобы применить атомную бомбу?".
При обычной капитуляции, как и в предыдущих войнах, побежденная сторона – Япония – могла бы заявить: "Применение атомной бомбы, несомненно, является нарушением международного права". Рузвельт – а вместе с ним и Черчилль – стремились не допустить подобных обвинений. Это побудило их выработать концепцию безоговорочной капитуляции, то есть полной победы, которая позволила бы после войны судить противника в одностороннем порядке, не допуская, чтобы он судил победителей.
Не знаю, согласуется ли гипотеза Норихиро Като с современными историческими исследованиями. Но есть нечто гораздо более важное, что мы знаем и что должны знать.
Теперь кошмар войны перекидывается на Иран
В принципе невозможно восстановить мир, исходя из стремления избавиться от любой неоднозначности и не допуская при этом расхождений во мнениях и трактовках между противоборствующими сторонами. Если идти этим путем до конца, в конечном счете у нас останется единственный выход – применить ядерное оружие, чтобы уничтожить своего противника, стереть само упоминание о нем с лица земли.
Эксперты и их последователи, стремящиеся продвигать в СМИ и социальных сетях исключительно то, что сами они считают истиной, напоминают "Рузвельтов в миниатюре". Их "атомная бомба" – это коллективная травля в интернете, сопровождаемая потоком оскорблений, а также угрозы судебными исками, с помощью которых они добиваются удаления неугодных им публикаций.
В 1945 году Япония пережила настоящую атомную бомбардировку и капитулировала. Но даже после этого вопрос о том, была ли капитуляция безоговорочной или условной, оставался неоднозначным. Если бы тогда исходили из того, что подобная неоднозначность недопустима и что "правильный" порядок требует устранить любую возможность расхождений в понимании происходящего, война могла бы продолжаться до тех пор, пока ядерное оружие не сделало бы сохранение императорского строя физически невозможным. В таком случае после поражения Японии ни о каком примирении с Соединенными Штатами уже не могло бы быть и речи.
Как всем известно, это уже не просто гипотетический сценарий. В начале этого года, 28 февраля 2026 года США и Израиль буквально убили аятоллу Хаменеи, верховного религиозного лидера Ирана, в результате бомбардировки. Это все равно что если бы Трумэн отбомбился по Императорскому дворцу, а затем выступил с заявлением: "Японцы, примите демократию и капитулируйте". Стоит отметить, что даже с Киевом ничего подобного не случилось.
Как бы ни закончился конфликт на Украине, к каким бы последствиям ни привели военные действия, разгоревшиеся на Ближнем Востоке, именно этот урок мы обязаны передать следующим поколениям.
Потому что "сегодняшняя Украина может стать завтрашней Восточной Азией".
16
Какие же мелкие мразоты эти самураи. Какой такой «опыт» автор пытается втюхать читателям, вознося ошибки своей страны и выгораживая преступника и размывая границы самого факта преступления? «Лидеры стран-союзниц сочли нужным для того, чтобы применить атомную бомбу...» — не подменяй понятия, высказаться прямо супротив своего хозяина смелости не хватает? Ковыряние в истории и извращение итогов до добра не доведут — видите ли, безоговорочная капитуляция не такая уж и безоговорочная была. Наверное, при подписании японы фиги в кармане держали. Деградация полная, раз основным теоретиком тех событий назначили литературного критика.
15
"В марте 2022 года, во время переговоров в Стамбуле, когда блицкриг российской армии не увенчался успехом" --- вообще-то, наш "блиц-криг" увенчался полным успехом, потому и переговоры провели об условиях завершения СВО. ЗЫ. Кстати, это как раз та самая двусмысленность о полноте капитуляции, про которую аффтар пишет. Наши враги вовсе не считают, что Россия добилась полного успеха в феврале-апреле 2022 и несут чушь о победе нацистов под Киевом. Но, как правильно отметил аффтар, нам-то до фонаря, что говорят враги. Так... чисто поржать :-)
Обсудить
