Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Рубио говорит об "очень продуктивных" переговорах, Зеленский — о "конструктивном и весьма содержательном" дне, а Москва не спешит давать оценку, оставляя ее на конец, пишет Advance. За тщательно продуманными дипломатическими формулировками появились первые очертания возможного договора, но конкретного текста еще нет.
Первый день переговоров в Абу-Даби завершился без совместного заявления, публично объявленной формулы перемирия или широкого политического жеста. Тем не менее он не закончился и привычным дипломатическим вакуумом. После примерно четырех часов за закрытыми дверями стороны подтвердили продолжение переговоров уже в среду, а Вашингтон и Киев необычайно позитивно оценивают ход переговоров. Наиболее интересна именно разница в тоне: Марко Рубио говорит об "очень продуктивных" переговорах, Владимир Зеленский — о "конструктивном и весьма содержательном" дне, а Москва не спешит давать оценку, оставляя ее на конец второго дня.
Эта асимметрия не доказывает, что достигнут прорыв, но делает встречу более весомой, чем просто дипломатическая презентация. Абу-Даби пока не принес мира, но, возможно, дал нечто пусть и более скромное, но на данный момент даже более важное. Я говорю о рабочем канале, через который уже обсуждается не только вопрос о том, следует ли вести переговоры, но и механизмы, на которых в будущем будет держаться достигнутое соглашение. Это очень низкий порог успеха для конфликта, который длится почти пять лет, но предыдущие месяцы показали, что даже такой успех дается нелегко.
Серьезность встречи, пожалуй, лучше подтверждают составы делегаций, чем звучащие заявления. Российскую сторону возглавляет помощник Путина Владимир Мединский и его сопровождают заместители министра иностранных дел Сергей Рябков и Михаил Галузин, начальник Главного управления Генштаба Игорь Костюков, а также представители ФСБ и управления по контролю за вооружениями. Украинскую делегацию возглавляет глава службы внешней разведки Украины Рустем Умеров, а также представители президентского офиса, военной разведки и Давид Арахамия, "ветеран" предыдущих переговоров. Подобный состав позволяет обсуждать реализацию, контроль и военные последствия возможного соглашения, а не просто обмениваться политическими заявлениями.
Оценку же, данную Марко Рубио, следует рассматривать вместе с его важным замечанием. Госсекретарь США, который не участвовал во встрече, а говорил из Франции, заявил, что предстоит еще "много работы" и что в ближайшие 24 часа еще ничего не решится. Поэтому "очень продуктивно" надо понимать так: сторонам удалось более четко обозначить области возможного договора и точки, которые потребуют решений Путина и Зеленского, но речи о том, что найдена формула для завершения вооруженного конфликта, пока не идет.
После доклада своей делегации Владимир Зеленский особо выделил освобождение пленных, возвращение детей и гражданских лиц, долгосрочные гарантии безопасности и шаги по деэскалации. "Украинская правда", ссылаясь на источник, близкий к украинской делегации, утверждает, что достигнута принципиальная договоренность о большом обмене пленными "в ближайшем будущем". Это был бы первый ощутимый результат, но пока нет ни цифр, ни сроков, ни совместного российско-украинского подтверждения, поэтому эту информацию следует рассматривать как возможное соглашение в перспективе, а не как решенный вопрос.
В первый день переговоров украинские СМИ не называют их историческим поворотом, а преподносят как ритуальное повторение прежних требований. Преобладает, так скажем, "контролируемый оптимизм", то есть само восстановление прямого канала после многомесячного перерыва считается успехом, а конкретных результатов ждут скорее от второго дня, чем от первого. В качестве наиболее вероятных областей, где можно ожидать прогресса, приводится обмен пленными, защита энергетической инфраструктуры и безопасность судоходства в Черном море. Территории, членство Украины в НАТО и будущий статус страны остаются пока в стороне.
Российские источники более сдержанны. ТАСС и "Интерфакс" в основном пишут о составах делегаций, продолжительности переговоров и их порядке, не подчеркивая достижение прогресса. Акцент делается на гарантиях для обеих сторон, кризисных каналах коммуникации и новой континентальной структуре безопасности. Причем украинский вооруженный конфликт преподносится как часть более широкой европейской проблемы. Российская делегация выйдет к журналистам только после продолжения переговоров в среду. Молчание не обязательно означает недовольство и может быть лишь проявлением переговорной дисциплины. Тем не менее это молчание означает, что сегодняшний оптимизм больше присущ американцам и украинцам, а не всем участникам.
За одними и теми же фразами о "гарантиях безопасности" кроются две разные концепции. Киев требует конкретных инструментов, которые предотвратят повторение российских ударов, и утверждает, что сначала нужно закончить конфликт, а уж потом выстраивать новую европейскую архитектуру безопасности. Москва отказывается разделять прекращение боев и всеобъемлющий пакет, охватывающий, в том числе, российские требования в области безопасности, НАТО и будущий оборонный порядок на континенте. Иными словами, уже известные требования.
Именно этот спор о последовательности действий определит судьбу процесса. Широкая дискуссия о европейской безопасности может помочь: Россия получила бы возможность обсудить вопрос, который она годами называет первопричиной конфликта, Украина — механизм постоянных гарантий, а Европа — место в реализации будущего соглашения. В то же время стороны могут отложить соглашение о прекращении огня, погрузившись в обсуждение практически всего порядка, сформировавшегося после холодной войны. И это, согласитесь, огромная и сложная дискуссия.
Сегодня представители Европы не сидели за главным столом переговоров. Перед их началом они согласовывали позиции с американской и украинской делегацией, а Рубио объявил, что вскоре формат может расшириться. Москва с подозрением относится к присутствию европейцев, но крепкий мир вряд ли возможен без участия государств, которые должны участвовать в обеспечении гарантий, санкциях, восстановлении и возможном контроле над перемирием. Пока европейцы топчутся в соседнем зале, но, вероятно, их не всегда будут держать вдали от переговоров.
Второй день покажет, вернулись ли стороны к перечислению разногласий или наконец-то нашли способ их преодолеть. Мерилом будет дата обмена пленными и их численность, конкретное определение "деэскалации", возможный перечень энергетических и морских целей, не подлежащих ударам, механизм надзора и создание рабочих групп в определенные сроки. Важным сигналом будет и договор о следующем круге или начале подготовки к встрече Путина и Зеленского.
Наиболее вероятный положительный результат, по крайней мере двух встреч в столице ОАЭ, не всеобъемлющий мирный договор, а ограниченный гуманитарный пакет и, быть может, первый проект энергетического и черноморского перемирия. Такой результат не закончит войну, но докажет, что за столом переговоров все же можно изменить что-то на местах. Если переговоры завершатся лишь общими словами об их "продуктивности", Абу-Даби запомнится возобновленным процессом без реального политического прогресса.
Однако на этот раз у нас чуть больше причин для осторожных надежд, чем прежде. Основополагающие разногласия остаются, но их наконец-то обсуждают люди такого уровня, на котором уже можно формулировать реальные решения. Оптимизм вселяет сам процесс, но пока еще не мир. Путь к окончанию вооруженного конфликта, вероятно, снова открыт, но только первый частный договор, который обе стороны по-настоящему выполнят, покажет, идем ли мы вперед или просто кружим вокруг одних и тех же глубоких окопов.
