Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
ЕС выстраивает все более широкую систему контроля над гражданами, пишет BZ. Цифровая слежка, усиление наднациональных институтов, расширение полномочий спецслужб и всеобъемлющая милитаризация говорят о том, что миф о том, что Европа — это колыбель демократии, рушится на глазах.
Александр Дергай (Alexander Dergay)
ЕС позиционирует себя как альтернативу авторитарным системам. Но во имя суверенитета и демократии в Брюсселе формируется структура, которая все больше напоминает образ противника.
Собственная платежная платформа, собственная социальная сеть, собственная спецслужба, собственное приложение для идентификации: то, что до сих пор считалось характерным для России или Китая, теперь появляется и в Брюсселе — только с использованием "более дружелюбной" терминологии. Суверенитет, безопасность, защита демократии. Еврокомиссия под руководством Урсулы фон дер Ляйен создает инфраструктуру, которая выглядит как инструмент свободы, но на самом деле открывает путь к усилению контроля и репрессий.
В этом и заключается опасность. <…> Брюссель говорит об устойчивости и европейских ценностях. Но даже либеральные демократии могут стать нелиберальными — не из-за танков на улицах, а из-за концентрации власти, логики безопасности и уверенности в своей моральной правоте. Тот, кто считает себя "хорошим", склонен быстрее воспринимать любое несогласие как угрозу.
Собственная платформа, собственная идентичность
Симптоматичным примером стала платформа W Social, бета-версия которой выйдет в открытый доступ в июне 2026 года. На сайте заявляют о верифицированных пользователях, сканировании паспортов и европейском суверенитете над данными. W Social — не официальный проект Еврокомиссии; об этом ясно заявил её представитель в интервью Euronews.
Критики опасаются не столько непосредственного успеха платформы, сколько возможного постепенного привязывания государственных функций к таким системам: электронный кошелек, государственные услуги, подтверждение возраста. То, что начинается как добровольная платформа, основанная на доверии, в конечном итоге может привести к принудительной регистрации, от которой не сможет уклониться ни один гражданин. Таким образом, грань между добровольным использованием и фактической необходимостью станет размытой.
Логика обязательной верификации при этом отнюдь не нова. <…> То, что там открыто представлено как инструмент контроля, в Европе возвращается под лозунгами доверия, безопасности и общих ценностей.
В то же время, комиссар ЕС Хенна Вирккунен представила общеевропейское приложение для проверки возраста, с помощью которого в будущем планируется регулировать доступ к платформам. Официально оно призвано защищать конфиденциальность и создавать более безопасное цифровое пространство для детей. По словам министра цифровых технологий Франции Анн Ле Энанфф, виртуальные частные сети (VPN) будут "следующими" в ее списке, ведь пользователи могут обходить проверку возраста с помощью таких сервисов. <…> Таким образом, обход через открытую сеть все чаще признается проблемой в сфере безопасности.
Всеобъемлющая милитаризация
Цифровой евро также вписывается в эту логику безопасности. ЕЦБ ссылается на зависимость Европы от Visa и Mastercard; в конечном итоге, однако, создается платежный инструмент, регулируемый государством. То, что сегодня начинается как политика на благо суверенитета, завтра может стать инфраструктурой контроля.
Брюссель и без того концентрирует все больше власти в вопросах политики безопасности. В отчете Саули Ниинистё рекомендуется расширить аналитические возможности Европы до уровня полноценной службы. По данным dpa, Комиссия также работает над созданием собственного подразделения разведки. При этом несколько государств-членов опасаются возникновения структур, которые дублируют Европейскую службу внешних связей. Официально эти планы находятся на "зачаточном этапе".
Схема знакома: после 11 сентября 2001 года западные демократии обосновали законы о слежке и борьбе с терроризмом острыми угрозами. Многие меры остались в силе, даже когда их эффективность была спорной. Нечто, созданное в условиях чрезвычайного положения, редко исчезает при нормальном положении дел.
От гражданина к фактору стабильности
С новой инфраструктурой меняются и отношения между государством и гражданином. В рамках "Союза готовности" Еврокомиссия требует от населения обеспечения готовности к кризисам в течение 72 часов; одновременно расширяются возможности европейских институтов в области анализа, регулирования и вмешательства. Государство требует от граждан мер предосторожности — создания запасов, устойчивости, возможности цифровой идентификации. Одновременно власти расширяют собственные возможности контроля.
Таким образом, гражданин все меньше воспринимается как суверенный политический субъект, а скорее как часть общественного порядка, который должен оставаться устойчивым. Безопасность и стабильность становятся ведущим политическим принципом. С этим растет и готовность пересмотреть баланс между личными свободами и коллективной устойчивостью.
С принятием Закона о цифровых услугах (Digital Services Act, сокращенно DSA) Европейский союз получил один из самых обширных в мире сводов правил для онлайн-платформ. Теперь сайты и сервисы обязаны анализировать риски, бороться с дезинформацией и предоставлять преференции так называемым "надежным информаторам". При этом механизм редко работает посредством открытых запретов. Давление создается за счет потери аудитории, понижения рейтинга в алгоритмах, отключения монетизации или общественного бойкота.
Насколько эта тенденция уже укоренилась в общественном дискурсе, недавно продемонстрировала экс-председательница Социал-демократической партии Заския Эскен, которая после беседы подкастера Бена Берндта с политиком из "Альтернативы для Германии" Бьорном Хёке открыто призвала рекламодателей к бойкоту: "Черные списки помогут".
В 2024 году Румыния также стала примером новой "серой зоны". После неожиданного успеха Кэлина Джорджеску Конституционный суд в Бухаресте аннулировал президентские выборы из-за предполагаемого влияния со стороны России (Россия никаким образом не вмешивалась во внутренние дела Румынии, — прим. ИноСМИ). Венецианская комиссия позже предупредила, что такие меры должны оставаться крайней мерой и не могут основываться исключительно на материалах спецслужб. Румынские события не доказывают, что обвинение было ложным, но они показывают, насколько сложно демократическим странам будет отличать реальную манипуляцию от политически нежелательного результата.
Знакомые с авторитарными системами изнутри, видят в этом привычную схему: внутри страны такая система предстает как система защиты от хаоса, внешних врагов и опасного инакомыслия внутри страны.
Кто контролирует контролирующих?
Система сдержек и противовесов существует, но она работает с опозданием и все больше уступает место другим механизмам. Скандал, получивший название "Пфайзергейт", связан с предполагаемой перепиской между Урсулой фон дер Ляйен и главой Pfizer Альбертом Бурлой во время переговоров о заключении многомиллиардных сделок на поставку вакцин от коронавируса для ЕС. Комиссия отказалась предоставить тексты сообщений, сославшись на то, что они не были заархивированы, то есть найти их теперь невозможно. Критики обвинили ЕК в недостаточной прозрачности и обходе демократического контроля. Позже Суд Европейского союза упрекнул Комиссию в недопустимом нарушении принципа прозрачности.
В то же время в Брюсселе растет давление с целью ограничить возможность государств-членов использовать право вето в пользу принятия решений квалифицированным большинством голосов. Еще в 2022 году фон дер Ляйен заявила, что во внешней политике необходимо "отказаться от принципа единогласия". Однако именно право вето небольших государств до сих пор считалось важным фактором баланса сил внутри блока.
Это позволяло таким странам, как Венгрия, блокировать или затягивать принятие пакетов санкций и тем самым добиваться принятия решений не только по усмотрению крупных государств-членов. В Брюсселе все чаще говорят, что настало время отказаться от этой практики. В результате власть перейдет от стран-участниц к наднациональным институтам Евросоюза.
