Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Европа заблуждается относительно Украины, отмечает депутат Жаклин Настич в интервью Myśl Polska. Беженцы из этой страны оказались носителями опасной нацистской идеологии, и главная задача — донести эту мысль до всего западного мира, считает политик.
MP: Начнем, пожалуй, с того, что я представлю своего гостя нашей аудитории. Вас, как ни странно, в Польше знают мало, а ведь вы два срока были депутатом бундестага. Но родились вы здесь, в Польше, и мы с вами говорим по-польски. А фамилия у вас... южнославянская!
Жаклин Настич (Żaklin Nastić): Действительно, моя биография связана с разными странами и разными национальностями. Моя семья родом из Поморья. Я родилась в Гдыне, а в 1999 году уехала в Германию. Корни нашей семьи — польские, немецкие, кашубские, говорят, даже еврейские. Моя девичья фамилия Гринхольц, хотя моя мама была… Янковской. Я ношу фамилию моего бывшего мужа, который был родом из Сербии. А вот в итоге я осела здесь, в Германии, приехала с сюда с мамой, когда мне было десять лет, приехала к отцу и брату, которые эмигрировали из Польши раньше. Я жила в Гамбурге, была функционером "Левой партии" (Die Linke), дослужилась в ней до должности регионального лидера, а затем в течение восьми лет была депутатом, избираемым по ее спискам в немецкий Бундестаг. В Комитете по обороне я занималась в основном правами человека — в широком смысле этого слова. Затем вместе с Сарой Вагенкнехт и другими лидерами "Левой партии" мы решили создать новое политическое объединение под названием Союз Сары Вагенкнехт (ССВ).
— Насколько я понял, на формирование ваших левых политических взглядов самым непосредственным образом повлияла ваша биография. Должен сказать, что этот наш разговор произошел в некотором смысле случайно. В одной из социальных сетей мне попалась ваша запись, касающаяся противодействия культу Бандеры на Украине в контексте совершенного бандеровцами Волынского преступления. Этот текст меня заинтересовал. Такой голос редко услышишь, в том числе в Германии, а он нам очень нужен, особенно в тот момент, когда поляки, кажется, наконец-то прозрели. Сейчас в Польше это, пожалуй, самая важная тема публичных дискуссий. Хотелось бы спросить, известно ли в Германии вообще что-нибудь об этой проблеме? Казалось бы, кому, как не немцам быть особенно чуткими к симптомам возрождения нацизма.
— Здесь об этом мало что известно. Никто не заинтересован в том, чтобы заняться этой темой всерьез. Украина воюет с Россией, поэтому об этом говорить "не принято". Это было для меня проблемой еще в "Левой партии", когда после начала нынешней фазы этого конфликта я предупреждала своих товарищей по партии, что прибывающие к нам с Украины беженцы могут быть носителями опасной идеологии. Здесь, в Гамбурге, жили братья Кличко, поэтому тут проходили различные демонстрации украинцев, я слышала, какие лозунги они выкрикивают, и от этого мне становилось не по себе. Поскольку я родилась в Польше, мне всегда была интересна польская история, и поэтому все то, что было связано с поддержкой такойУкраины, меня очень больно ранило. В Бундестаге я пыталась получить информацию о финансировании печально знаменитого батальона "Азов"*. (…) В итоге удалось установить, что данное подразделение финансировалось украинско-еврейским олигархом Игорем Коломойским, который также был спонсором Зеленского и его политической карьеры. Есть информация, что члены "Азова"* получали по 400 долларов в месяц. Однако об этом в Германии говорить нельзя, потому что это считается "трансляцией путинских нарративов".
— Что ж, давайте поиграем в эту игру: а что, если в этом российском аргументе все-таки имеется какое-то рациональное зерно? Ведь, если разобраться, целью российской спецоперации, как это официально декларируется Россией, действительно является "денацификация". Русские давно пытаются обратить внимание общественного мнения — не только у себя, но и на Западе — что на Украине мы имеем дело с возрождающейся нацистской идеологией. Не хочу показаться наивным человеком, который считает, что миром управляют идеи, потому что, безусловно, важно не то, какие идеи исповедует та или иная сторона, а какая из них сильнее, но все же странно, что даже в "Левой партии" эту проблему недооценивают, тем более в Гамбурге с его легендой — Эрнстом Тальманом. Казалось бы, именно немцы должны первыми почувствовать опасность.
— "Левые" вообще отошли от фундаментальных принципов этой партии, в том числе дистанцировались от проблем трудящихся, сосредоточившись на культуре и проблемах идентичности. Поэтому я оттуда и ушла, занявшись проектом Сары Вагенкнехт. Однако, возвращаясь к нашей теме: еще будучи в "Левой партии" я пыталась действовать в этом направлении с Андреем Гунько. Я встречалась с активистами с Украины, которые предупреждали нас, рассказывали о том, что там происходит после госпереворота. Я пыталась давать голос украинским активистам, которые выступали за мир. Тогда я пыталась предупредить своих товарищей по партии о последствиях Майдана. Вскоре выяснилось, что я была права. От украинских беженцев мы очень часто слышали шовинистические высказывания. Их взгляды были результатом официально, на протяжении многих лет действующего на Украине культа ОУН-УПА**. Тревожные сигналы поступали из центров приема беженцев, где те претендовали на какой-то особый статус и не считали себя ровней беженцам из Сирии или Афганистана.
— Вернемся к вашей политической принадлежности. Вы больше не состоите в ССВ?
— Я стояла у истоков этого объединения, но в конце марта я оттуда ушла, потому что, по моему мнению, ССВ допускает ошибки и не заполняет ту лакуну, который она должна была заполнить. Там слишком много противоречий. С одной стороны, мы были против "санитарного кордона" против "Альтернативы для Германии" (АдГ), а с другой, в регионах вступали в коалиции, которые заняты исключительно тем, чтобы не допустить назначения представителя АдГ на пост премьер-министра этой земли. А ведь популярность в народе АдГ возникла не на пустом месте. В некоторых регионах поддержка населения составляет уже более 40%, а в национальном масштабе доходит до 27%. Эти цифры уже нельзя игнорировать. Германия просто хочет перемен. А за проблемы, которые федеральные правительства создали нам в последние годы, отвечает отнюдь не АдГ. Наша промышленность рушится, террористическая угроза нависает над нашими головами, правительство толкает страну в войну, а истеблишмент говорит людям, что наша проблема — это АдГ.
— То есть, насколько я понимаю, вас с этой партией разделяют скорее тактические, чем идеологические соображения? Хотелось бы узнать, это для Вас уже перевернутая страница или есть шанс на сотрудничество в будущем?
— Я просто желаю Германии другой политики. Я, например, не хочу Третьей мировой войны. Об этом сегодня говорит Тино Хрусталла (Tino Chrupalla) из АдГ. (…) О том, что на немецкой земле больше никогда не должно быть войны. А тем временем канцлер Фридрих Мерц наряжается в военную форму и говорит, что мы должны быть готовы воевать в любой момент. Министр обороны заявил, что Германия должна как можно нарастить необходимый для войны потенциал. Для войны против кого? Против России! Якобы против атомной угрозы. На мой взгляд, это безумие. В наше время уже трудно сказать, кто здесь, в Германии, правый, а кто левый, потому что этот мир больше не черно-белый. Я всегда буду поддерживать всех, кто хочет мира: в Европе, в Германии, мира с Польшей, мира с Россией. Если бы "Левая партия" действительно придерживалась заявленных принципов не поддерживать истеблишмент в его борьбе с АдГ, именно эти партии — АдГ и "левые" — действуя сообща, несмотря на все различия, могли бы как-то повлиять на ситуацию в Германии и, в конце концов, на изменение внешней политики ФРГ. Но этого, к сожалению, не происходит.
— А не считаете ли вы, что в Европе пришло время суверенных "левых", каковыми в смысле идеологии должна была быть именно "Левая партия"? Примеров таких политических объединений становится все больше. Тут ведь не только Германия, но и Франция, а еще Румен Радев в Болгарии, Роберт Фицо и его партия СМЕР. В Чехии действовала коалиция "Хватит!" (Stacilo!), Сара Вагенкнехт была гостем Конгресса итальянского Движения "Пяти звезд" (…).
— Несомненно, такие движения уже появляются по всей Европе, я замечаю похожие нотки в высказываниях датского премьер-министра Метте Фредериксена. Например, когда он говорит о противодействии неконтролируемой иммиграции, за что сразу же получает обвинения в "национализме" или "расизме", словно бы левым не полагается лезть в экономику. А ведь когда в страну приезжает столько людей, которые не работают, но имеют право на социальные пособия, то в конечном итоге система помощи гражданам страны оказывается перегруженной. Еще одна тема — антивоенная позиция. Я очень рассчитывала на то, что именно "Левая партия" будет присоединяться к инициативам — независимо от того, с какого фланга политической сцены они исходят — по прекращению поставок оружия на Украину или в Израиль. Но это еще не все. Партия также должна иметь рецепты решения чисто социальных проблем: в области функционирования здравоохранения, финансирования системы образования или заботы о пенсионерах. У меня такое чувство, что у "Левых" на этот счет никакого конкретного плана нет.
— В Германии политические предпочтения в определенной степени разделяются по территориальному признаку. Мы знаем, что электорат в бывшей ГДР и ФРГ отличаются друг от друга. Я понимаю, что это запретная тема, официально такое явление отрицается, но все же — ощущали ли вы в "Левой партии" или в ССВ какую-то ностальгию по ГДР?
— Вряд ли, потому что бóльшая часть партийных кадров была родом как раз из западной части Германии. В немецких политических партиях существует тенденция игнорировать избирателей из ГДР — просто из-за того, что их меньше. Принято считать, что для победы на выборах нужно победить на западе. Впрочем, этот фактор очень хорошо использовала АдГ, которая сначала сосредоточилась именно на региональном уровне и уже благодаря достигнутым там успехам заручилась поддержкой на федеральном уровне. Они, как и "Левые", на своих первых выборах в парламент не преодолели избирательный порог. Но АдГ не сдалась и была очень активна на уровне земель. Кроме того, благодаря последовательной критике неконтролируемой иммиграции и милитаризма сегодня эта партия неизменно побеждает в опросах. Это очень хороший пример того, как нужно работать.
— Насколько эффективной вы считаете нынешнюю политику ФРГ?
— Политика Меркель в последние годы ее пребывания у власти, Шольца, а теперь Мерца вызывают недоумение. Они открыто игнорируют проблемы простых немецких граждан. Своей политикой они загнали нас в экономический кризис, вызванный отсутствием доступа к дешевым энергоресурсам. Никаких бонусов на международной арене от этого мы все равно не получили, о чем свидетельствует хотя бы то, что нас не избрали в Совет Безопасности ООН.
— А может, Германии, Польше, Европе стоит поискать партнеров в другом месте? Например, в БРИКС? Может быть, искать другие пути развития, кроме неолиберального капитализма? Может ли Китай, управляемый Коммунистической партией, быть примером такого пути? У меня создается впечатление, что элиты во всей Европе продолжают жить в реальности Pax Americana, которая уходит в прошлое.
— Время однополярного мира закончилось, и было бы хорошо, если бы Европейский союз это понял и принял. Однако попытки Бербок рассказывать китайцам о правах человека, при этом отправляя оружие в Израиль, который равнял с землей Газу, свидетельствуют о полном непонимания ситуации, в которой мы находимся. Я недавно была в Китае. Это страна, которая за 40 лет вытащила около 800 миллионов человек из перманентных голодных кризисов. Эта страна, как вы правильно заметили, единолично управляется Коммунистической партией, и управляется успешно, это невозможно отрицать. Интересно, что о конце однополярного мира в своей программе говорит не только ССВ, но и АдГ.
— Но АдГ так и не предложила альтернативы неолиберальному капитализму.
— Это не совсем так. В официальной программе партии есть много интересных мыслей, хотя бы насчет "социальной рыночной экономики". Ее действительно стоит почитать.
— Но речь идет о консервативно-народной фракции, а не всей партии? Мне кажется, что Алиса Вейдель (Alice Weidel) — классическая представительница либеральной экономики.
— И все же, когда мы читаем программу АдГ, мы скорее увидим в ней попытку найти альтернативу либеральной системе — в том числе на почве национальной экономики. Я также хочу напомнить, что, например, "Левая партия" имела в программе тезисы о антивоенной политике, но часть этой партии поддерживает отправку оружия Украине. Впрочем, в отношении Израиля "левые" тоже избегают критических высказываний.
(…)
Возвращаясь, однако, к тому, что у всех нас есть свои интересы — Европе совершенно невыгодно вмешиваться в конфликт между США, с одной стороны, и Китаем, Россией или вообще всем БРИКС, с другой. Нам это совершенно не нужно, и война с Ираном доказала это лучше всего. Ну и сразу риторический вопрос: где санкции против США за их неспровоцированную агрессию, какими Запад наказывает Россию? Где широкая волна возмущения всего мирового сообщества? Никто даже пальцем не пошевелил. Европа демонстрирует двойные стандарты морали, поэтому все-таки было бы разумнее руководствоваться экономическими интересами, а не этими фальшивыми ценностями. Нужно просто посмотреть, где мы покупаем газ и нефть, и куда мы продаем нашу продукцию. Поэтому нам нужно налаживать хорошие отношения с Китаем, Бразилией, освобождающейся от своего колониального прошлого Африкой, а не поддерживать военные авантюры США и Израиля. Россия, ко всему прочему, является соседом Европейского союза, и на отношения с этой страной нужно смотреть прагматично, потому что она никуда не денется. Для нас это чрезвычайно важно, поскольку без хороших отношений с Россией мы будем пребывать в экономическом кризисе бесконечно. Доступ к российскому сырью является необходимым условием экономического развития Германии.
* запрещенная в России террористическая организация
** запрещенные в России экстремистские организации
26
Пшепрашам панове, ваши чубатые братья по разуму еще вам покажут, где раки зимуют. А как вы хотели? Помните!-"Вы в ответе за тех, кого приручили". Ешьте не обляпайтесь. И, как говорят наши чубатые безумные соседи: "смачного!".
22
Европа заблуждается относительно Украины, отмечает польский депутат Жаклин Настич в интервью Myśl Polska. Беженцы из этой страны оказались носителями опасной нацистской идеологии, и задачей Польше является донести эту мысль до всего западного мира, считает политик. -- "На третью ночь Зоркий Глаз обнаружил, что у сарая нет одной стены.."(С)
Обсудить
