Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Объем средств россиян на банковских счетах побил очередной рекорд и превысил 70 триллионов рублей, пишет IntelliNews. Граждане не прячут деньги от государства, как об этом пишут западные СМИ, однако структура сбережений действительно меняется.
TheTelegraph на этой неделе написала, что "россияне снимают миллиарды с банковских счетов, опасаясь, что Путин может конфисковать вклады". Однако реальность иная: после начала конфликта на Украине банковские депозиты в России удвоились и продолжают расти. Граждане не выводят деньги — они вкладывают их больше, чем когда бы то ни было. Меняется только скорость роста депозитов.
Спрос на наличные действительно вырос, как отмечал IntelliNews. Однако отчасти это объясняется перебоями с интернетом, вынуждающими людей расплачиваться наличными, а не бесконтактно, а также другими факторами. Банковские депозиты российских домохозяйств в июне достигли рекордной отметки в 70,5 триллионов рублей — это более чем вдвое больше уровня начала боевых действий.
Также справедливо, что доверие к экономике упало из-за замедления, которое особенно сильно ударило по потребителям и малому и среднему бизнесу, где ситуация в этом году стремительно ухудшилась. Это остановило бурный рост реальных располагаемых доходов населения последних 2 лет, который подпитывался хроническим дефицитом рабочей силы и военно-кейнсианским стимулом, уже исчерпавшим себя.
Однако, как писал IntelliNews, банковский сектор в целом здоров, и вероятность кризиса невелика. В то же время сектор испытывает давление: доля проблемных кредитов растет — с примерно 4% кредитного портфеля в декабре до 11,2 триллионов рублей проблемных корпоративных ссуд на начало мая, по данным ЦБ, что составляет 11,6% от общего корпоративного кредитного портфеля банков. И реальная цифра почти наверняка выше, поскольку банки нередко реструктурируют сомнительные кредиты, удлиняя сроки, чтобы не заносить их в реестр проблемных, где требуется резервирование. Но даже с учетом этого сектор далек от кризиса. С тех пор как в 2013 году Набиуллина начала масштабную чистку сектора, проблемные кредиты регулярно полностью резервируются.
Это не отменяет того факта, что государству не хватает средств на покрытие растущего дефицита федерального бюджета. Минфин ищет альтернативные источники финансирования, но конфискация сбережений рядовых россиян не является решением. Это была бы крайняя мера, способная спровоцировать системный обвал финансового сектора. Крайне консервативный председатель ЦБ Эльвира Набиуллина, пережившая не один кризис, вряд ли пойдет на такой шаг, не исчерпав все другие варианты: использование неликвидной части Фонда национального благосостояния, продажа части золотовалютных резервов России или давление на министра финансов Антона Силуанова с требованием повысить налоги.
Сберегательная активность на спаде
Если присмотреться к цифрам, то снижается не объем поступающих в банки средств, а скорость их накопления.
Денежные агрегаты Банка России на июнь 2026 года демонстрируют: депозиты домохозяйств достигли 70,5 миллиардов рублей — из них 21,179 миллиарда хранится на рублевых счетах до востребования, 46,297 миллиарда рублей — в срочных рублевых вкладах и 3,024 миллиарда в иностранной валюте. Прирост составил 10,3% за год и 106,7% по сравнению с 34,114 миллиарда рублей в июне 2022 года.
Это имеет значение, поскольку цифры интерпретируются иначе. The Telegraph пишет, что россияне выводят миллиарды из банковской системы из страха, что Владимир Путин может конфисковать их сбережения. Однако опубликованные данные такой интерпретации не подтверждают. Слух о конфискации, на котором строится эта версия, не нов и не анонимен — он гуляет в соцсетях уже как минимум год, и власти неоднократно опровергали наличие планов по изъятию сбережений населения.
Трансформация банковского ландшафта
Банковский ландшафт действительно изменился, но это не "набег" на банки. Паническое изъятие вкладов имеет характерные черты, и у России есть пример такого сценария: февраль и март 2022 года, когда после начала боевых действий на Украине, заморозки резервов ЦБ и обвала рубля произошел самый настоящий "набег" на банки.
Тогда произошли две вещи одновременно. Домохозяйства переводили средства со срочных вкладов на счета до востребования, чтобы иметь доступ к деньгам — доля срочных вкладов в общем объеме депозитов домохозяйств упала с 59% до 52% в течение года. И наличные хлынули из банковской системы в "банку" — ту самую стеклянную для засолки, где русские традиционно хранят: отношение наличных в обращении к депозитам домохозяйств составляло 40,4% в феврале и марте 2022 года и 41% год спустя.
Ничего подобного сейчас не происходит. Отношение наличных к депозитам в июне 2026 года составило 28,1% — почти самый низкий показатель за всю историю наблюдений, на 12 пунктов ниже панического уровня. Доля срочных вкладов достигла 66% против 52% в середине 2023 года — российские домохозяйства держат деньги на более длительных сроках, чем в любой момент с начала войны, что прямо противоположно поведению при подготовке к выводу.
Месячная динамика не подтверждает вывода средств. За 24 месяца по июнь 2026 года депозиты домохозяйств падали четыре раза: январь 2025 (-0,9%), ноябрь 2025 (-0,1%), январь 2026 (-1,7%) и май 2026 (-0,9%). Три из четырех случаев приходятся на январь или месяц, следующий за декабрьским скачком. Декабрь неизменно демонстрирует самый большой приток за год — рост на 5,7% в декабре 2025 и 6,7% в декабре 2024 — после получения годовых бонусов. Январское падение занимает 8 место среди месячных спадов с 2015 года, причем 6 из 10 наиболее значительных падений в этом периоде приходятся на январь.
Де-долларизация
Одна цифра в отчете действительно снижается, и именно она, скорее всего, стала источником путаницы. Депозиты в иностранной валюте сократились с 3,451 миллиарда рублей в декабре до 3,024 миллиарда рублей в июне — падение на 12,4% за полгода. Это реальная тенденция, но речь идет о де-долларизации, а не массовом снятии вкладов населением. Тренд продолжается с 2022 года: на иностранную валюту теперь приходится лишь 4,3% депозитов домохозяйств. Рублевые депозиты многократно этот сдвиг перекрыли.
О текущей ситуации с иностранной валютой мы ничего не знаем, поскольку ЦБ перестал публиковать соответствующие цифры. Его статистика депозитов публикуется только по рублям, долларам США и евро. В ней нет отдельной строки по юаням для депозитов домохозяйств — и это значимый факт на фоне юанизации российской экономики после того, как в 2022 году США превратили доллар в оружие. ЦБ публикует разбивку по юаням для корпоративного кредитования, но не для того, что хранят домохозяйства. На балансе последних значится единая строка "Валютные активы" — 24,7 триллиона рублей на 1 апреля 2026 года, без какого-либо разделения по валютам.
Из данных видно, что обе публикуемые иностранные валюты сокращаются, а остатки в долларах и евро теперь необычно краткосрочны — к июню только 39,9% новых долларовых и 26,5% новых евро-депозитов размещались на срок до года, против 96,2% в рублях. Рублевый портфель является краткосрочным, потому что вкладчики гонятся за ставкой и пролонгируют депозиты. То, что осталось в твердой валюте, представляет собой остатки, а не активный рынок. Юаневый сдвиг, который российские банки активно продвигают с 2022 года, реален, но не поддается измерению в рамках официальной статистики по домохозяйствам.
Слух о конфискации циркулирует уже довольно давно. Впервые он появился в конце 2024 года, когда в интернете распространились разговоры о том, что ЦБ может мобилизовать розничные депозиты в облигации для финансирования дефицита бюджета. Там идею заморозки депозитов назвали "абсурдной". В августе 2025 года зампред Алексей Заботкин исключил любые ограничения на снятие средств, предупредив, что такой шаг имел бы "разрушительные последствия" для финансовой системы. В мае 2026 года министр финансов Антон Силуанов назвал сообщения "фальшивыми утечками" и прямо заявил, что "такие предложения не рассматриваются".
Первый зампред Совкомбанка Сергей Хотинский предложил наиболее любопытное объяснение происхождения слуха: его распространяли застройщики и риелторы, которые пытались перевести сбережения населения с депозитов в недвижимость. Верно это или нет, слуху как минимум два года, он опровергался на уровне министров и не оставил следов в депозитной статистике.
Существует также реальная история начала августа, которая, если не вглядываться, очень похожа на описываемую. В июле российские розничные ПИФы зафиксировали чистый отток около 4,5 миллиарда рублей — первый месячный отток с февраля 2025 года. Облигационные фонды показали рекордный отток в 88 миллиардов рублей. Однако бо́льшая часть этих средств ушла в фонды денежного рынка, чистый приток которых почти удвоился до 83 миллиардов рублей. Это была ротация между различными типами фондов после того, как ЦБ снизил ставки осторожнее, чем ожидал рынок, а не уход денег из системы — розничные фонды все равно привлекли 770 миллиардов рублей за первое полугодие.
Единственный действительно неудобный факт для прямого опровержения — это рекордно высокий спрос на наличные. Именно отсюда и берутся упрощенные заголовки The Telegraph. Объем наличных в обращении вырос на 643,4 миллиарда рублей в июле — на 43% больше, чем в июне, и на 2,16 триллиона рублей за январь-июль, тогда как за аналогичный период 2025 года этот показатель снизился на 603,9 миллиарда рублей. Россияне теперь держат около 21,9 триллиона рублей наличными, и к концу июля прирост уже достиг верхней границы прогноза ЦБ на весь год — 1,5-2,1 триллионов рублей.
Если бы депозиты стояли на месте, а наличные росли, можно было бы говорить о страхе. Но они не стоят. И ЦБ называет конкретные, проверяемые причины роста наличных: НДС вырос с 20% до 22% в начале года, и 22% НДС был введен на банковский эквайринг, подталкивая бизнес к наличным расчетам; весенние сбои в мобильном интернете нарушили карточные платежи, поэтому апрельский рост стал самым значительным с декабря 2025 года.
Финансовый директор Сбербанка Тарас Скворцов объяснил остальное вполне прямо: вместе с этим растут и зарплаты в конвертах. Доля расчетов наличными в малом бизнесе выросла примерно с 10-15% до 20-25% от общего объема, а у индивидуальных предпринимателей — с 10-15% до 40%. Бизнес пытается сократить налоговое бремя — такова реакция на январское повышение НДС.
Скворцов отметил, что банк наблюдал столь высокий спрос на наличные только во время острой фазы пандемии в марте 2020 года. Заботкин считает, что рост не является беспрецедентным и соответствует картине начала 2023 года. Это история о налогах, теневой экономике и платежной инфраструктуре — а не о том, что люди опустошают счета.
Почему замедляются темпы роста депозитов?
Остается вопрос, который поднимают данные по депозитам. Если никто не бежит из банковской системы, почему рост замедлился с 29,8% в год до 10,3% за 2 года?
Здесь действуют две причины, и вторая важнее первой.
Первая — угасание военного всплеска доходов. Реальные располагаемые доходы россиян десятилетие не росли — к началу 2024 года они были лишь на 7,6% выше уровня 2018 года и все еще ниже пика 2013 года — и снизились на 1,0% в 2022 году после начала конфликта. Затем военная экономика перевернула картину. Нехватка рабочей силы из-за мобилизации, рекрутинга и эмиграции, а также поток военных заказов в регионы резко подняли зарплаты. Как писал IntelliNews, самыми большими выгодоприобретателями от кризиса стали беднейшие регионы России.
Однако теперь импульс замедляется. По данным Росстата, за первые 5 месяцев 2026 года рост номинальной зарплаты составил 13,3% в годовом выражении, реальный — 7,2%; к маю номинальный рост замедлился до 10,1%, реальный — до 4,5%. Безработица выросла с 2,1% до 2,2%. Широкая экономика застопорилась: рост ВВП составил 4,1% в 2023 году, 4,3% в 2024, затем 1% в 2025 и всего 0,3% в первом полугодии 2026 года, с квартальным спадом в первом квартале в реальном выражении. Доходы продолжают расти, но те необыкновенные военные сверхдоходы, которые люди ранее направляли в банки, уже иссякли.
Вторая причина — арифметическая, и она играет главную роль. Остатки по депозитам растут, когда домохозяйства вносят новые средства и банки начисляют проценты. Два года процентные ставки были огромными. Ключевая ставка ЦБ выросла с 7,5% в середине 2023 года до пиковых 21%, которые держались с октября 2024 по май 2025. При таких ставках портфель срочных вкладов растет стремительно даже без притока новых сбережений.
Уберите процентный доход — и картина становится совершенно иной. За последний год Набиуллина снизила ключевую ставку на 700 базисных пунктов. На протяжении большей части последних 30 лет высокие проценты по банковским вкладам служили основным инструментом сбережения для большинства населения. Доверие к банковскому сектору остается очень высоким благодаря эффективной системе страхования вкладов, неоднократно проверенной на практике: обычные россияне чрезвычайно чувствительны к изменениям процентных ставок.
Возьмите остатки срочных вкладов на начало каждого года по июнь и начислите на них проценты по ставке, которая на три пункта ниже средней ключевой за соответствующий год. На этой основе расчеты показывают, что средства, которые домохозяйства внесли сверх начисленных процентов, составили около 5,9 триллиона рублей за год до июня 2023 года, 9 триллионов рублей за год до июня 2024 года, 6 триллионов рублей за год до июня 2025 года — и примерно 1 триллиона рублей за год до июня 2026 года.
Объем новых сбережений упал почти на 90% от пикового уровня. Почти весь прирост депозитов в этом году — 6,6 триллиона рублей — представляет собой проценты, которые банковская система начисляет сама себе.
Ключевая ставка сейчас составляет 14% — на 7 пунктов ниже пика, и вместе с ней снижаются как начисляемые проценты, так и стимул держать деньги на депозитах.
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина описала тот же сдвиг в терминах Центробанка, отметив, что сберегательная активность ослабла, но изменилась и ее структура: домохозяйства сокращают долю банковских депозитов и вкладывают больше средств в инструменты финансового рынка и недвижимость. Это ротация, и она точно соответствует динамике потоков в паевые инвестфонды.
Домохозяйства также просто тратят больше средств. Розничная торговля выросла на 7,3% в годовом исчислении в июне и на 5,4% за первое полугодие, и именно потребление удерживает экономику на плаву — оно вернуло рост ВВП в положительную зону во втором квартале 2026 года — в то время как строительство и добыча сокращаются. Самый показательный индикатор — доля россиян, которые предпочитают откладывать свободные деньги, а не тратить их на крупные покупки: за месяц она упала на 6,5 п/п до 47,9% в июле, что является самым низким показателем с марта 2015 года, по данным опроса inFOM.
Настроение, стоящее за этим, далеко от комфортного. Потребительские настроения упали на 8,3 п/п до 89,5 в июле по опросу inFOM, используемому ЦБ, годовые инфляционные ожидания выросли до 14,7%, а наблюдаемая инфляция — до 15,1%. Люди, которые тратят, а не сберегают при ожидаемой инфляции в 15%, не делают уверенной ставки на будущее; они покупают сейчас, потому что ожидают роста цен в дальнейшем. Это реальная уязвимость российской экономики, и она не имеет никакого отношения к конфискации.
Таким образом, полезное прочтение этой истории не является ни тревожным, ни успокаивающим. Российские домохозяйства накопили 70,5 триллионов рублей — крупнейший пул внутренних сбережений в истории страны, и у государства есть все основания не прикасаться к нему. Однако двигатель, который создал этот пул — заградительные процентные ставки на фоне военного скачка доходов — выключен с обеих сторон. Уровень будет еще некоторое время обновлять рекорды за счет одних лишь процентов. Поток новых сбережений уже остановился.
Следить сто́ит не за очередями у банков, а за тем, что произойдет со стоимостью банковского финансирования и с потреблением, когда сберегательный пул такого размера перестанет расти в реальном выражении в экономике с ростом 0,3%.
11
Если государство хоть 1 раз конфискует банковские вклады, то их больше никогда не будет. Это возможная разовая акция, но она мгновенно уничтожит всю банковскую систему.
Обсудить
