Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Турция укрепляет влияние в Сирии, стремясь стать одной из ведущих сил Ближнего Востока, пишет SZ. Израиль видит в усилении Анкары угрозу и уже нанес удар по сирийской авиабазе. Интересы двух региональных держав столкнулись, а США призывают не допустить эскалации.
Томас Авенариус (Tomas Avenarius)
Турция под руководством Реджепа Тайипа Эрдогана стремится стать ведущей исламистской силой на Ближнем Востоке, и Израиль видит в этом угрозу. Особенно неприемлемо для Тель-Авива военное присутствие Анкары в Сирии.
Война в Персидском заливе, с помощью которой президент Дональд Трамп и премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху хотели ослабить Иран, привела к противоположному результату: Исламская Республика оказалась в более сильном положении, чем до начала боевых действий. Для Израиля это особенно неприятно, ведь именно Нетаньяху подталкивал американского президента к первому удару. Теперь еврейское государство сталкивается с растущим давлением и в соседней Сирии. Еще один региональный соперник Израиля — Турция — укрепляет свою роль покровителя исламистского правительства в Дамаске.
Израильский авиаудар по заброшенной сирийской военной базе несколько дней назад показал, насколько болезненно правительство в Тель-Авиве воспринимает геополитические амбиции президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. По некоторым данным, Анкара намерена разместить военнослужащих и самолеты на авиабазе Абу-эд-Духур у сирийско-турецкой границы, разрушенной во время гражданской войны в Сирии. Это поставило бы под угрозу фактическое господство Израиля в воздухе, а вместе с ним и контроль, который он сохраняет над Сирией после падения режима Асада.
Израиль утверждает, что на базе присутствовали турецкие офицеры, Анкара это отрицает
Анкара утверждает, что лишь хочет помочь Сирии восстановить инфраструктуру, разрушенную в ходе гражданской войны, и тесно сотрудничает с ней в военной сфере. После авиаудара министерство национальной обороны Турции заявило: "Мы при каждой возможности подчеркиваем, что удары, нарушающие суверенитет и территориальную целостность Сирии, неприемлемы".
Представитель ведомства также опроверг утверждения израильской стороны о присутствии турецких офицеров на авиабазе: "Ни до, ни во время израильского удара по авиабазе Абу-эд-Духур в Сирии на ней не находилась турецкая военная делегация".
Однако эти опровержения не выглядят убедительно. Анкара и нефтяной эмират Катар помогли сирийским повстанцам свергнуть режим Асада в конце 2024 года. Президент Турции, проводящий долгосрочную региональную политику, рассматривает соседнюю арабскую страну как площадку для противодействия амбициям Израиля. Еще в начале гражданской войны в Сирии он поддержал исламистских повстанцев в борьбе против режима Асада.
После удара по оставленной базе Нетаньяху ясно изложил свою позицию: Анкара угрожает сложившемуся положению дел в Сирии. "Мы не потерпим, чтобы турки закреплялись на Юге. Это угрожает нам", — заявил он.
По словам Нетаньяху, еще до бомбардировки он передал сирийцам, а значит, и туркам, предупреждение: "Не делайте этого". Поскольку его не услышали, Израиль нанес удар, "чтобы они лучше поняли".
"Турция — не Иран".
Таким образом, интересы Турции и Израиля сталкиваются в Сирии. Израиль, сильнейшая в военном отношении держава Ближнего Востока, стремится к господству в регионе. Свои действия он объясняет необходимостью обеспечить собственную безопасность и отрицает стремление к созданию Великого Израиля.
После падения режима Асада, с которым Израиль десятилетиями поддерживал стабильные отношения с отказом от боевых действий, несмотря на отсутствие мирного договора, израильская армия без промедления заняла часть приграничных территорий. Израиль заинтересован "в ослабленной и децентрализованной Сирии", говорится в анализе "Немецкого института международных отношений и безопасности" в Берлине. Его эксперты называют Сирию "центральной стратегической линией разлома" в отношениях двух соперников.
Не только правое правительство Нетаньяху, но и военные эксперты все чаще говорят об угрозе со стороны Турции, стремящейся стать ведущей исламистской силой на Ближнем Востоке. Некоторые, в том числе правый оппозиционный политик Авигдор Либерман, считают Турцию столь же серьезной угрозой, что и Иран. По словам Либермана, Турция тесно связана с США, поэтому "союз Турции, Катара и Сирии представляет собой стратегическую угрозу".
Есть и более умеренные оценки. Их сторонники предостерегают от провоцирования конфликта. Бывший заместитель директора "Моссада", депутат Кнессета Рам Бен-Барак пытается смягчить риторику, обострившуюся на фоне избирательной кампании в Израиле: "Турция — не Иран". По его словам, Израиль не должен допустить ситуации, "при которой возникнет военный конфликт с Турцией".
Эрдоган вновь и вновь косвенно обращается к османскому прошлому страны
Эрдоган еще несколько лет назад заявил, что Турция стремится играть более заметную роль на Ближнем Востоке и в исламском мире. Он часто, хотя и не напрямую, обращается к османскому прошлому страны: султаны на протяжении столетий правили значительной частью Ближнего Востока.
Арабская весна открыла перед ним историческую возможность. Благодаря в том числе внешней политике, в которой все более заметную роль играла военная сила, Анкара закрепилась в Северной Африке во время гражданской войны в Ливии. Затем она распространила свое влияние на Сирию, поддержав повстанцев, выступивших против режима Асада. Сирия после падения режима Асада во главе с президентом Ахмедом аш-Шараа, бывшим исламистским повстанцем, предоставляет Эрдогану возможность продвигать свои планы.
Палестино-израильский конфликт турецкий лидер также рассматривает как рычаг геополитического влияния. Еще до нападения ХАМАС 7 октября Эрдоган был одним из наиболее резких критиков Израиля. Как политик исламистского толка, он благожелательно относится к палестинскому движению ХАМАС, а Турция поддерживает отношения с этой военизированной организацией.
Анкара использует и тот факт, что Турция является суннитской державой: в отличие от иранских шиитов, сунниты составляют большинство мусульман мира.
Падение режима Асада, уход России из Сирии и непоследовательная ближневосточная политика президента США Трампа создают условия, в которых Турция и Израиль соперничают гораздо более открыто, чем прежде.
Трамп стремится к сближению с Сирией, а по вопросам Ирана и сектора Газа его позиции расходятся с позициями Нетаньяху. Посол США в Турции и специальный представитель Трампа по Сирии Том Баррак после удара по авиабазе предостерег от "ненужной эскалации", способной поставить под угрозу стабильность в регионе.
Посол США в Израиле Майк Хакаби заявил: "Необходим механизм взаимодействия между Израилем, Сирией и Турцией, чтобы не допустить эскалации".
