Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Соглашение между Ираном и США сорвали намеренно, пишет NYT. Консервативное крыло спецслужб исламской республики сочло условия мирного договора неприемлемыми и организовало атаку на суда в Ормузском проливе, в результате чего перемирие было нарушено.
Противники сделки сорвали соглашение при помощи тайных усилий, нанося удары по судам в Ормузском проливе, говорят посвященные лица. Президент Ирана был разгневан, когда узнал об этом.
Президент Ирана Масуд Пезешкиан в начале июля радовался достигнутым успехам, завершив переговоры о мирном соглашении с США, и отправился в соседний Ирак, чтобы принять участие в длившейся целую неделю церемонии похорон убитого верховного лидера.
Внезапно он получил ошеломляющие новости.
Иранские войска открыли огонь по трем коммерческим судам в Ормузском проливе. Они подожгли катарский газовоз, перевозивший СПГ, а остальные суда повредили. Мировое общественное мнение посчитало, что Иран окажется в осаде.
Возмущенный Пезешкиан позвонил командующему влиятельным Корпусом стражей исламской революции генералу Ахмаду Вахиди и на повышенных тонах назвал его действия безрассудными. По словам пяти иранских чиновников и двух знакомых с ходом событий членов КСИР, президент потребовал от генерала дать ответы на его вопросы.
Генерал Вахиди сказал, что не отдавал приказ наносить удар и не знал заранее о готовящейся атаке. По его словам, Верховный совет национальной безопасности, играющий важнейшую роль в ведении войны и переговоров, тоже находится в неведении.
На самом деле, большая часть руководства страны не знала, что маргинальная фракция консерваторов решила действовать самостоятельно. В конечном итоге, своими тайными усилиями они сорвали попытки умеренных иранских прагматиков положить конец боевым действиям с Соединенными Штатами и восстановить ослабленную экономику страны.
Сторонники жесткой линии добились успеха отчасти потому, что единственный человек, уполномоченный разрешать такие споры — новый верховный лидер аятолла Моджтаба Хаменеи — стал невидимкой с самого первого момента вступления в должность в марте этого года. Его никто не видит, его голос никто не слышит. По словам трех иранских официальных лиц, подлинность письменных заявлений и сообщений, приписываемых аятолле Хаменеи, была поставлена под сомнение, в том числе, самим Пезешкианом.
Пезешкиан немедленно возвратился в Тегеран. На следующее утро, несмотря на то что церемония похорон все еще продолжалась, США нанесли ответные удары по Ирану. Две страны возобновили военные действия.
Высокопоставленные иранские чиновники и один из членов КСИР в интервью заявили, что после этого в руководстве Ирана возникло одно из самых опасных политических противостояний. Официальные лица разговаривали на повышенных тонах и кричали друг на друга. Два высокопоставленных генерала пригрозили уйти в отставку. Посыпались обвинения в измене и предательстве.
Эти события привели к перестановкам в Совете национальной безопасности, а верховный лидер назначил его руководителем опытного политика и бывшего командующего КСИР Мохсена Резайи, поскольку считалось, что он способен выступить в качестве посредника между различными политическими фракциями.
Но разногласия сохраняются, и противники компромиссов, подтолкнувшие Иран к эскалации, даже усилили свои позиции. На прошлой неделе Иран и США обменялись ударами: Иран впервые неоднократно атаковал американские военные корабли, а США подорвали, по меньшей мере, восемь иранских нефтяных танкеров.
Этот рассказ о внутренних дискуссиях иранского руководства основан на интервью с восемью иранскими чиновниками, тремя членами Корпуса стражей исламской революции, четырьмя бывшими официальными лицами, а также на анализе опубликованных в иранской прессе и социальных сетях с июня по сентябрь десятков речей и комментариев правительственных чиновников и военачальников. Должностные лица, у которых были взяты интервью, попросили об анонимности, потому что речь идет о деликатных вопросах национальной безопасности.
Влиятельный мастер шпионажа
Три иранских чиновника рассказали, что расследование правительства и сил безопасности установило, что решение нанести удар по трем коммерческим судам в июле принял влиятельный руководитель разведки и священнослужитель Хоссейн Таэб, который с самого начала выступал против мирного соглашения с США. Таэб говорил новому верховному лидеру, что Иран совершил ошибку, остановив войну и согласившись на сделку, сказали источники.
Выступая недавно перед семьями военных, Таэб заявил, что он не против переговоров, однако "переговорам, на которых игнорируются права нашего народа и делаются уступки непомерным требованиям врага, не место в политике Ирана".
Аятолла Хаменеи недавно назначил Таэба руководителем военизированных формирований "Басидж", которые отвечают за подавление внутреннего инакомыслия. Ранее он более 20 лет был начальником разведки Корпуса стражей исламской революции, пока прежний верховный лидер не сместил его в 2022 году из-за серии провалов, таких как внедрение израильтян в ряды КСИР и неудавшийся заговор в Турции. Таэб вновь появился на сцене после того, как верховный лидер аятолла Али Хаменеи был убит в начале войны. По словам чиновников, он сыграл ключевую роль в выдвижении сына Моджтабы и в назначении его преемником отца.
"Атака на корабли была предпринята с целью разрушить меморандум о взаимопонимании с Трампом и уничтожить шансы на любые будущие переговоры и соглашения", — рассказал в интервью из Канады эксперт по Ирану и бывший чиновник Алиреза Намвар Хагиги, который до сих пор поддерживает тесные связи с представителями правительства.
Когда Пезешкиан потребовал доложить, кто нанес удар по трем кораблям, ему сказали, что командиры на местах действовали самостоятельно в соответствии с приказом, дающим им право атаковать любой корабль, нарушающий контроль Ирана над проливом, не ожидая разрешения центрального командования. Об этом сообщили официальные лица, осведомленные о ходе дискуссий на эту тему. Одним из признаков возникшего спора стало то, что штаб КСИР на базе Хатам аль-Анбийя так и не выступил с заявлением, в котором взял бы на себя ответственность за нападение 7 июля, хотя делал это регулярно до и после этих ударов.
Иранские официальные лица рассказали то же самое Соединенным Штатам и некоторым их региональным союзникам уже в первые часы после атак, обвинив во всем вышедшие из подчинения силы. Об этом сообщили американские представители, которые в то время информировали журналистов, а также три иранских должностных лица. Иранский министр иностранных дел Аббас Аракчи был отправлен в Оман, который является ключевым посредником, чтобы попытаться разрядить напряженность с Вашингтоном.
Между тем, на улицах и на государственном телевидении Ирана сторонники жесткой линии открыто выступали с нападками на команду переговорщиков и ее мирное соглашение, а на вечерних митингах толпы скандировали лозунги, требуя возобновить военные действия.
Иранское правительство разработало официальную версию, чтобы переложить ответственность за провал соглашения. Оно заявило, что Вашингтон первым нарушил его, не остановив атаки Израиля на боевиков группировки "Хезболла" в Ливане, отказавшись выдавать замороженные активы Ирана и тайно направляя свои суда через ту часть Ормузского пролива, которая не контролируется Тегераном. Но в политических кругах Ирана такая версия мало кого убедила, включая самого Пезешкиана.
Пезешкиан публично заявил в прошлом месяце, что в каждом соглашении случаются нарушения, и что решать проблемы следует путем переговоров, а не конфронтации. Когда генералы конфиденциально сообщили ему, что аятолла Хаменеи одобрил июльское нападение на три корабля, президент потребовал представить доказательства, о чем сообщили три иранских источника.
Лидер-призрак
В иранской форме государственного правления верховный лидер обладает высшей властью при разрешении внутренних споров. Но местонахождение аятоллы Хаменеи, его физическое и умственное состояние, а также степень его участия в государственных делах стали предметом лихорадочных спекуляций.
"Ситуация в сфере безопасности требует защитить его, но я спрашиваю: как долго это будет продолжаться? Шесть месяцев? Год? Пять лет? Десять лет?" — сказал в конце июля высокопоставленный священнослужитель и преподаватель Иранского университета национальной обороны Ходжатолеслам Алиреза Пирузманд, выступая на государственном телевидении. Он добавил: "Если мы не сможем увидеть нашего лидера, то останемся в вечном состоянии слабости и упадка".
В этом месяце теща аятоллы Хаменеи Тайебех Махрузаде дала пространное видеоинтервью местному журналисту, рассказав о чрезвычайных мерах безопасности, принятых для защиты членов семьи. Она заявила, что не имеет никаких сведений об аятолле и трех его детях. Ее муж, политик Голам-Али Хаддад Адель, заявил в июле иранским СМИ, что хотя аятолла Хаменеи по соображениям безопасности ни с кем не контактирует, он "слава Богу, здоров".
Немногочисленные комментарии о мирном соглашении, приписываемые пропавшему лидеру, подлили масла в огонь споров. После подписания соглашения было опубликовано заявление от его имени, в котором говорилось, что он утвердил его, потому что оно было одобрено президентом и большинством членов Совета национальной безопасности. Но при этом он "принципиально" придерживается иного мнения. Эта фраза — "принципиально" — неоднократно использовалась сторонниками жесткой линии, когда они выступали с нападками на сделку.
В мае Пезешкиан заявил, что встречался с аятоллой Хаменеи, но не сказал, когда и где была эта встреча. Два действующих и один бывший иранский чиновник заявили, что обстоятельства встречи были весьма странными и загадочными.
Они рассказали, что для перевозки Пезешкиана была задействована машина скорой помощи с затемненными стеклами, где установили закрытый канал видеосвязи. Человек, назвавшийся посредником аятоллы Хаменеи, показался на экране монитора и якобы передавал сообщения между двумя руководителями.
Пезешкиан признался одному близкому соратнику, что не уверен, действительно ли он общался с верховным лидером, о чем рассказали осведомленные об этой встрече лица.
В прошлом месяце Пезешкиан заявил, что ему была предоставлена возможность провести вторую встречу, и что она продолжалась семь часов. "Мы поговорили обо всех проблемах, стоящих перед страной", — заявил президент, выступая на государственном телевидении Ирана. В числе этих проблем он назвал цены, безработицу, санкции, единство и жизнестойкость во время войны. Он ничего не сказал об обстоятельствах встречи и не сообщил, о чем говорил аятолла Хаменеи.
В течение нескольких недель управляющие Ираном политические руководители и генералы обсуждали два пути выхода из тупика с Соединенными Штатами.
В рамках одного из подходов Иран мог бы попытаться вернуться к переговорам. В рамках второго он должен усилить удары по американским целям, уничтожая военные корабли, убивая американских военнослужащих и добиваясь роста мировых цен на нефть.
Оба способа нацелены на прекращение американской военно-морской блокады южных портов Ирана, которая парализовала торговлю и обнулила поставки нефти. Экономика Ирана разрушается: курс валюты ежедневно падает, инфляция стремительно растет, а правительство сталкивается с дефицитом денежной наличности.
Бескомпромиссные генералы, в том числе, бригадный генерал Сейед Маджид Мусави, командующий воздушно-космическими силами Корпуса стражей исламской революции, настаивали на конфронтации, о чем сообщили официальные лица и два члена КСИР. Генералы доложили Совету национальной безопасности, что разработали подробный военный план, согласно которому Иран и его союзники из числа боевых группировок, в частности, хуситы в Йемене и вооруженные шиитские мусульманские группировки в Ираке, активизируют нападения, в том числе, на нефтяные объекты в регионе, расширяя масштабы войны и увеличивая издержки для Соединенных Штатов и их союзников.
Пезешкиан и генерал Мохаммад Багер Галибаф, являющийся спикером парламента и ведущим переговорщиком с США, относятся к числу тех руководителей, которые предостерегают, что такой план войны способен поставить страну на край пропасти, так как Соединенные Штаты могут активизировать свои авиаудары и существенно усилить экономическое давление.
Но к прошлой субботе фракция сторонников жесткой линии взяла верх. "Война между Ираном и США, — сказал главный советник генерала Галибафа Махди Мохаммади, — вступила в фазу эскалации".
Фарназ Фассихи освещает события в Иране на протяжении тридцати лет. При подготовке этой статьи она взяла несколько интервью у иранских официальных лиц и членов КСИР, а также проанализировала выступления, комментарии и интервью высокопоставленных руководителей и военачальников с июня по сентябрь.
