Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Польша наращивает расходы на оборону быстрее всех других стран Европы, пишет The Guardian. Ее военный бюджет растет как на дрожжах. Один из мотивов — стимулировать экономический рост. Однако пока получается не очень: стране прочат крупнейший бюджетный дефицит в ЕС в следующем году.
Ричард Партингтон (Richard Partington)
Через тихую деревушку Чоснув к северу от Варшавы вдоль Вислы, проезжают замаскированные ракетные установки.
Еще два года назад здесь было кукурузное поле. Сегодня на его месте работает передовой военный завод, открывшийся в этом месяце. Польша наращивает расходы на оборону едва ли не быстрее всех других развитых стран, и этот сельский уголок преобразился до неузнаваемости — это часть европейского отклика на российскую спецоперацию и ослабление американского присутствия.
“Всем пришлось работать вдвое быстрее, чтобы удовлетворить потребности Польши”, — говорит Джим Прайс, управляющий директор MBDA Polska, польского подразделения европейского транснационального военного концерна. Бывший британский морпех говорит, что Польша переходит от импорта вооружений к собственному производству.
“Стало ясно, что в случае войны предстоит защищать восточный фланг НАТО и действовать молниеносно. Поэтому мы решили вложиться в страну и создать здесь предприятие. Нам пришлось расширить польское подразделение — а значит, создать рабочие места”, — пояснил он.
Военный бюджет Польши растет как на дрожжах. С тех пор как Владимир Путин почти пять лет назад начал спецоперацию на Украине, расходы Варшавы на оборону более чем удвоились — с 2,2% до 4,8% от ВВП. В денежном выражении это 53 миллиардадолларов (39,8 миллиарда фунтов стерлингов) — четвертый показатель в ЕС после Германии, Франции и Италии.
Главное соображение Варшавы — риск, что Россия испытает НАТО на прочность. Но есть и другой мотив: стимулировать экономический рост.
В своем кабинете в Варшаве, за звукоизолированными дверями, напоминающими ворота шлюза, замминистра иностранных дел Польши Марчин Босацкий говорит, что российская спецоперация серьезно повлияла на планы правительства в области экономического развития и сотрудничества с союзниками по ЕС и НАТО.
“Она явно идет на пользу польской безопасности, польской обороне и польской экономике”, — признал он.
По мнению Босацкого, укрепление экономических связей и военной готовности удержит Путина — “типичного российского империалиста” — от нападения на НАТО.
“Единственное, что понимает Путин, — это солидарность и силу. Поэтому чем сплоченнее и сильнее мы будем, тем меньше риск новых провокаций России против стран НАТО”, — добавил он.
Надежда на дипломатическое решение еще теплится. В этом месяце посланники Дональда Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер провели переговоры в Москве с Путиным, а в Киеве — с Владимиром Зеленским. В следующем месяце запланированы новые переговоры в Абу-Даби.
Однако дипломатические источники считают, что Россия едва ли пойдет на уступки, а значит, тем актуальнее демонстрация военной готовности НАТО.
История учит, насколько тесно друг с другом связаны оборона и экономика. Статистики разработали показатель ВВП в ответ на Великую депрессию 1930-х годов и запросы военного планирования — для оценки экономического потенциала страны.
С возникновением движения “Солидарность”, выросшего из забастовок на Гданьской судоверфи и подточившего коммунистическую систему почти четыре десятилетия назад, Польша пережила настоящий экономический рывок. Уровень жизни вырос с 40% от среднего показателя по ЕС в середине 1990-х годов до 81% в прошлом году.
Важную роль сыграло вступление в ЕС в 2004 году и средства, выделенные Брюсселем, чтобы наверстать это отставание. Они пошли на строительство шоссе, железных дорог и другой инфраструктуры, повышающей производительность. В прошлом году объем экономики превысил 1 триллион долларов (755 миллиардов фунтов), и Польша остается одной из самых быстрорастущих стран ЕС: во втором квартале роста в пересчете на год составил 3,9% — несмотря на глобальные трудности, вызванные войной с Ираном.
Но и оборонный бум обошелся Польше недешево. Да и от политического раскола экономический рывок страну вовсе не избавил.
Рост военного бюджета — одна из причин, почему в следующем году Польше прочат крупнейший бюджетный дефицит в ЕС — 7,1% ВВП. На прошлой неделе агентство Moody’s понизило долгосрочный суверенный кредитный рейтинг страны до самого низкого уровня с 2002 года — поскольку власти страны явно не настроены восстанавливать бюджетные резервы.
“Это скользкий путь. Стоит спросить себя, сохранит ли Польша нынешнюю динамику роста и смогут ли политики скорректировать курс?” — рассуждает экономист ING Bank из Варшавы Лешек Коншек.
Зажатые между крупными соседями, покорявшими их дважды на памяти одного лишь поколения, поляки остро воспринимают вопросы национальной безопасности. Но, несмотря на экономический рывок после вступления в ЕС и миллиарды евро военного финансирования из Брюсселя, евроскептические настроения никак не выветриваются.
В преддверии выборов в следующем году вопросы национальной обороны, поддержки Украины и отношений с ЕС стоят особенно остро.
У здания МИДа в Варшаве размахивают плакатами участники националистического митинга “Поляки за мир”. Его организовали правые политики — противники ЕС и дальнейшей поддержки Украины.
Внутри здания, в чьих мраморных залах польский флаг всякий раз соседствует с флагами НАТО и ЕС, Босацкий говорит, что спора о выгодах для Польши от членства в обеих организациях прежде не возникало.
В этом году президент Польши Кароль Навроцкий, которого поддерживает правая партия “Право и справедливость”, попытался лишить либеральное и проевропейское правительство премьер-министра Дональда Туска доступа к кредитам на оборонные инвестиции на сумму в 44 миллиарда долларов (38 миллиардов фунтов), одобренных в рамках программы по обеспечению безопасности Европы (SAFE).
“Полагаю, что наши правые настолько жаждут вернуть себе власть, что не остановятся ни перед чем, — рассуждает Босацкий. — Впервые оппозиция выступила против того, что, на мой взгляд — да и большинства поляков тоже — явно идет на пользу польской безопасности, польской обороне и польской экономике”.
Варшаве достался крупнейший единовременный транш из фонда SAFE. Правительство пообещало направить почти 90% этих средств отечественной промышленности — прежде всего государственной оборонной корпорации Polska Grupa Zbrojeniowa (PGZ).
Однако в гонке за наращивание производственных мощностей больше всех выигрывают американские оружейники — производители ракет Patriot, танков Abrams и истребителей F-35.
В марте Международный валютный фонд предупредил, что выгода от оборонных инвестиций ЕС вовсе не обязательно достанется правительствам, раскрывшим свои кошельки.
Тем не менее Варшава заключает оборонные соглашения с международными партнерами, в том числе с Великобританией, стремясь одновременно развивать собственную производственную базу и укреплять боеготовность.
Британская оборонная группа Babcock сотрудничает с PGZ в строительстве нового флота фрегатов. В рамках программы Miecznik (“Рыба-меч”) компания задействовала верфь в Гдыне на побережье Балтийского моря. Первый корабль был спущен на воду этим летом при участии Туска.
“Вообще, Польше необходимо инвестировать больше. Но она хочет делать это с умом”, — рассуждает директор Babcock в Польше Анджей Мацеевский из Варшавы. — Мы стремимся реализовать эту цель: чтобы эти масштабные инвестиции в оборону принесли серьезную отдачу от вложенных средств и, в долгосрочной перспективе, обеспечили необходимые возможности”.
BAE Systems сотрудничает с “дочкой” PGZ Mesko, производящей боеприпасы и ракеты, и вместе строит артиллерийский завод в старом промышленном центре близ Катовице на юге Польши.
К 2028 году Варшава планирует построить три новых завода по производству боеприпасов. Во время августовского визита на предприятие Mesko Туск заявил, что в 2023 году Польша могла производить лишь 5 тысяч снарядов калибра 155 мм стандарта НАТО. “На российско-украинском фронте столько расходуется за один день”, — подчеркнул он. В этом году Польша увеличит производство до 30 тысяч снарядов, а в течение следующих двух лет намерена довести его до 200 тысяч в год.
В этом месяце британский министр по вопросам оборонной готовности Люк Поллард посетил Чоснув по случаю открытия предприятия MBDA. Он подчеркнул, что оно поддержит рабочие места в обеих странах — в том числе в Бристоле, Стивенидже и Болтоне.
Однако Великобритания наращивает военные инвестиции более медленными темпами. Правительство обязалось увеличить расходы с 2,3% ВВП в прошлом году до 3%, но пока не уточнило, каким именно образом и когда этого удастся достичь.
В Польше уже появились первые признаки того, что инвестиционный бум начинает приносить пользу местным подрядчикам.
Мачей Клемм, сооснователь компании Advanced Protection Systems (APS), производящей в Гдыне системы борьбы с беспилотниками, в этом году увеличил штат с 150 до 200 сотрудников.
На фоне участившихся вторжений российских беспилотников в воздушное пространство Польши (Совершенно бездоказательное заявление. – Прим. ИноСМИ) APS участвует в варшавской программе “Сан” по созданию “противодроннной стены” стоимостью 4 миллиарда долларов на восточном фланге страны.
“Наша страна тратит очень много денег и может служить образцовым примером”, — считает Клемм. Он живет на два дома в Польше и Великобритании, где осел с семьей, окончив Бристольский университет в 2000-х.
Заодно он подвел итог недавней экономической истории Польши: “Я переехал в Великобританию вместе с большой волной поляков. Теперь, после Брексита, этот прилив схлынул и сменился отливом. Но сегодня компании вроде нашей показывают, что у нас есть технические специалисты и что мы можем раскрывать этот потенциал, создавать компании в Польше и развивать их”.
