Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Украинские мошеннические колл-центры переориентировались на Европу, пишет NZZ. Жители Швейцарии уже пострадали от деятельности преступников на миллионы франков. Европейцев заманивают поддельными инвестициями, операциями на валютном рынке и криптовалютами, отмечается в статье.
Гийом Птак (Guillaume Ptak)
Картина пока остается неполной: швейцарская полиция не раскрывает подробностей, однако расследования ведут на Украину. Там процветает целая индустрия телефонного мошенничества: десятки тысяч сотрудников, оборот до миллиарда долларов в месяц, а полиция и правоохранительная система находятся под подозрением в получении денег за "крышевание".
Украинские следователи по борьбе коррупцией любят давать своим расследованиям звучные названия. Последнее получило имя "Карфаген" — в честь города, который Сципион Эмилиан разрушил после победы в Третьей Пунической войне.
В начале сентября сотрудники Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) провели обыск в Офисе генерального прокурора в Киеве. Здание до сих пор стоит, а вот генеральный прокурор Руслан Кравченко подал в отставку.
Операция "Карфаген" направлена против преступной организации, которую, по версии следствия, возглавлял высокопоставленный сотрудник прокуратуры. Задачей "крыши" было за взятки обеспечивать защиту центрам, специализирующимся на телефонном мошенничестве. Самому Кравченко обвинений не предъявляли, подозреваемым по этому делу его также не сделали. Он отрицает какую-либо причастность к произошедшему.
Однако дело "Карфаген" позволяет лучше понять преступную среду, в которой почти четыре года работал Олег. Имя 30-летнего мужчины изменено. До лета этого года он руководил одним из так называемых "офисов" — так на Украине называют центры дистанционного мошенничества, сотрудники которых никогда не встречаются со своими жертвами лично.
Это одна из самых прибыльных теневых индустрий на Украине. От ее деятельности на миллионы пострадали и жители Швейцарии.
Холодные звонки, горячие клиенты
До 2022 года, рассказывает Олег, он занимался легальным бизнесом. После начала конфликта на Украине его дело развалилось. Когда ему предложили открыть офис для обмана россиян, он согласился.
"Россия начала против нас боевые действия, я потерял свой бизнес. Я сказал себе: так я буду им мстить", — вспоминает он.
Затем Олег добавляет: "Я понимаю, что это неправильно. Но все сложилось именно так".
Его киевский колл-центр начинал с десяти сотрудников, а затем разросся примерно до 30. Структура напоминала обычную компанию: отдел кадров, IT-специалисты, операционный руководитель, аналитик и служба безопасности.
Новички занимались холодными звонками, то есть впервые связывались с людьми без предварительной договоренности. Лучших переводили на "горячих клиентов" — жертв, которые уже проявили интерес и попались на первоначальную уловку.
Олег особо подчеркивает, что сотрудники его центра с самого начала понимали, чем им предстоит заниматься.
"Каждый из нас знал, на что шел", — уверяет он.
Уже на собеседовании кандидатам объясняли, что они устраиваются в "офис", задачей которого является обман россиян, а не в обычный колл-центр.
Большинство подчиненных Олега были молодыми и неопытными.
"Самым пугающим в этой сфере было то, что многим из них по 18 или 20 лет. В таком возрасте они зарабатывали столько, сколько никогда не получили бы на обычной работе без специальной квалификации".
Методы обмана могли быть как примитивными, так и весьма сложными. В некоторые дни сотрудникам выдавали лишь список телефонных номеров. В другие, по словам Олега, у них имелись базы данных со сведениями о профессии и доходах человека, а иногда даже об остатке средств на его банковском счете.
"Сотрудники банков передавали нам эти данные напрямую", — утверждает Олег.
Немного шпионского антуража
Сам принцип махинаций почти не менялся. "Сначала нужно создать проблему. Если у жертвы нет проблемы, у нее нет причин оставаться на линии".
Например, человек, представляющийся сотрудником банка, сообщает о подозрительном переводе. Если собеседник отвечает, что никакого перевода не совершал, ему говорят, что теперь его деньги находятся "под угрозой".
"Если человек в это поверил, дальше мы могли делать с ним что угодно", — рассказывает Олег.
По его словам, он видел, как жертвы брали кредиты, продавали автомобили, а иногда даже квартиры.
Если человек проявлял особую осторожность, сотрудники "офиса" могли устроить целое представление. Один из них изображал сотрудника ФСБ и выходил на видеосвязь на фоне специально подготовленных декораций.
"Люди действительно верили, что разговаривают с ФСБ", — говорит Олег.
Базирующаяся в Женеве Глобальная инициатива по борьбе с транснациональной организованной преступностью (GI-TOC) оценивает число занятых в подобных центрах на Украине примерно в 60 тысяч человек. Это почти две трети от числа работников легального банковского сектора страны. В период расцвета оборот этого рынка мог достигать миллиарда долларов в месяц.
Брайан Ли, руководитель программы Обсерватории нелегальной экономики в Евразии, обращает внимание еще на один важный фактор — защиту, которой пользуются мошеннические колл-центры на Украине.
Ключевым элементом этой системы, по его словам, является так называемая "крыша". По словам Ли, исследования его команды показали, что "представители криминального мира беспрепятственно и эффективно взаимодействуют с правоохранительными органами, государственными чиновниками и частным сектором".
Слова Олега совпадают с этим выводом. На вопрос, поддерживал ли его "офис" контакты с полицией или спецслужбами, чтобы ему не мешали работать, он отвечает без колебаний:
"Конечно. Это мой единственный ответ: конечно".
Миф о служении своей стране
В одном из последних докладов Глобальной инициативы по борьбе с транснациональной организованной преступностью (GI-TOC) говорится, что за подобное покровительство платят от 10 тысяч до 15 тысяч долларов в месяц.
Андрей Галич также хорошо знаком с этой криминальной отраслью. Бывший полицейский, ставший впоследствии адвокатом и специализирующийся на киберпреступности, представляет интересы как жертв, так и обвиняемых в мошенничестве.
По его словам, один из главных мифов, возникших после 2022 года, связан с так называемым "патриотическим офисом": формально это преступный бизнес, который якобы одновременно помогает стране в противостоянии с Россией.
Олег придерживается именно такой логики. Он утверждает, что его колл-центр никогда не обманывал украинцев или европейцев. По его словам, значительная часть доходов перечислялась в качестве пожертвований ВСУ.
"На эти российские деньги мы решали проблемы наших ребят на фронте", — говорит он.
Галич утверждает, что видел подобные пожертвования, однако их размер был совсем иным.
"0,5%, 1%, 2%. Речь вовсе не шла о двузначных числах, о которых они везде рассказывали", — отмечает он.
По мнению Галича, "патриотическую основу прежде всего использовали для привлечения молодых людей и убеждения их работать".
Похожая ситуация складывается и с утверждением о том, будто украинские колл-центры в основном выбирают жертв в России. Исследователь Брайан Ли рассказывает, что даже в период наибольшей популярности идеи "патриотического мошенничества" организация GI-TOC получала сведения, согласно которым россияне составляли лишь от 10% до 15% всех целей.
"Отчасти это могло служить прикрытием", — говорит Ли.
Сейчас в докладе перечислены жертвы как минимум из 29 стран. После ужесточения в России мер по борьбе с мошенничеством центры постепенно переориентировались на Европу и Соединенные Штаты.
Швейцарцы на прицеле у мошенников
Швейцария также оказалась затронута этой нелегальной деятельностью. Сеть содействия расследованиям в сфере цифровой преступности NEDIK, координирующая борьбу с цифровой преступностью в стране, фиксирует рост числа мошенничеств, предположительно связанных с Украиной.
При этом представители сети расследователей отказались предоставить изданию NZZ am Sonntag точные данные по всей стране, сославшись на "тактические соображения".
О масштабах деятельности подобных мошеннических сетей в отношении швейцарцев свидетельствует уголовное расследование, которое власти кантона Берн ведут уже несколько лет. Одного мужчину подозревают в руководстве несколькими колл-центрами в Киеве.
Только на одной из подконтрольных ему платформ сумма ущерба, заявленного потерпевшими в Швейцарии, предположительно составила почти четыре миллиона франков.
В ходе международного расследования с участием швейцарских властей на Украине были выявлены четыре мошеннических колл-центра. Наряду с немцами одними из основных их жертв становились граждане Швейцарии.
Обращает на себя внимание и гражданство людей, которые забирают деньги у потерпевших. В последнее время в нескольких кантонах в связи с подобными мошенническими схемами задерживали граждан Украины.
Как устроена эта схема, показывает случай в Санкт-Галлене. В начале сентября 93-летнему мужчине позвонил человек, представившийся сотрудником банка, и потребовал снять крупную сумму и оставить ее в указанном месте.
Позднее полиция задержала 38-летнего гражданина Украины, который, предположительно, забрал эти деньги.
Полиция кантона Аргау также отмечает, что среди курьеров все чаще встречаются граждане Украины. При этом неизвестно, получают ли они указания непосредственно от украинских колл-центров.
Неясно и то, кто именно стоит за индустрией мошеннических колл-центров на Украине.
Галич, бывший полицейский, который теперь консультирует потерпевших, сталкивался со множеством случаев, когда успешные сотрудники телефонных компаний впоследствии сами открывали колл-центры.
Исследователь преступности Ли, напротив, видит признаки того, что организованные группы управляют такими центрами по принципу своеобразной франшизы. С традиционными криминальными структурами страны, по его словам, они связаны в меньшей степени.
Галич выделяет два основных метода, используемых мошенническими колл-центрами на Украине. В отношении россиян применяются схемы с банковским мошенничеством, а европейцев и американцев заманивают поддельными инвестициями, операциями на валютном рынке и криптовалютами.
При этом манипулирование жертвой может продолжаться годами.
"Миллионы людей во всем мире, вероятно, до сих пор не знают, что их обманули. Они считают, что просто потеряли деньги на бирже", — говорит Галич.
Он вспоминает американца, который был уверен, что одна инвестиционная платформа должна ему шесть миллионов долларов. В действительности мужчина перевел мошенникам миллион долларов, а остальные пять миллионов существовали только в виде цифр на его экране.
Американец обратился за помощью к Галичу и его коллегам.
"Ему сказали: забудьте о шести миллионах. Лучше попытайтесь вернуть тот миллион, который вы действительно перевели", — рассказывает адвокат.
После начала операции "Карфаген" у этой индустрии мошенничества появилось и политическое измерение, которое в Киеве теперь уже трудно игнорировать.
По словам Ли, Галича и Олега, речь идет об отрасли, ставшей на Украине настолько прибыльной, что она способна покупать себе покровительство даже внутри тех государственных структур, которые должны с ней бороться.
Во всяком случае, так было до сих пор.
