Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Единство Европы в отношении России начинает трещать по швам, пишет автор блога на портале Sohu. Лидеры Финляндии и Норвегии неожиданно сами инициировали переговоры с Путиным, чем в Брюсселе остались сильно недовольны. Но даже более активные попытки возродить диалог с Кремлем не гарантируют ЕС места за столом переговоров.
"Красотка любит наряжаться" (俏丽爱装扮)
27 октября в Кремле зазвонил телефон. Звонили антироссийски настроенные лидеры Финляндии и Норвегии Александр Стубб и Юнас Гар Стёре, чтобы провести отдельные переговоры с президентом России Владимиром Путиным. Важность заключается не в самих звонках, а в том, что их инициатором была европейская сторона.
Финляндия вступила в НАТО в 2023 году, а Норвегия является одним из государств-основателей альянса. Обе страны находятся в непосредственной близости от российских границ, и, если раньше они предпочитали держать дистанцию, то теперь сами позвонили Путину. Это говорит о том, что в Европе меняются настроения. И Финляндия, и Норвегия подчеркнули, что выступают от имени своих стран, а не Евросоюза. И хотя они были острожными в формулировках и рассказали Зеленскому о прошедшем с Путиным разговоре, их действия были весьма значимыми.
Те, кто живет близко к "пороховой бочке", острее других боится, что одна случайная искра может привести к серьезным последствиям. После вступления Финляндии в НАТО линия соприкосновения альянса с Россией увеличилась на 1,3 километра. В ответ Москва воссоздала Ленинградский военный округ. Хотя Норвегия не имеет такой протяженной сухопутной границы с Россией, она является ее соседом в Арктике и Баренцевом море, где действует Северный флот.
Для обеих стран война — это не просто тема для дискуссий, а настоящая угроза. Поэтому их решение инициировать контакт с Путиным продиктовано суровой реальностью. Пока крупные державы реализуют глобальную стратегию, малым странам приходится быть бдительными. Финляндия и Норвегия понимают, что, если ситуация выйдет из-под контроля, принимать решения, скорее всего, будут не они, но именно они первыми примут удар на себя.
Европейские лидеры отреагировали незамедлительно: премьер Дании Метте Фредериксен задалась вопросом, почему Финляндия и Норвегия не координировалась с Европой, премьер Швеции Ульф Кристерссон заявил о довольно низких ожиданиях от подобных бесед, а премьер-министр Польши Дональд Туск призвал европейские страны проявить осторожность в отношении взаимодействия с Россией. Эти опасения вполне обоснованы. Взаимодействие Хельсинки и Осло с Москвой вызывает тревогу у ЕС, что его общая стратегия может пойти трещинами.
Стёре затронул самую суть: он подчеркнул, что дело не может обстоять так, чтобы только у американцев был канал общения с российским руководством. Иными словами, если Европа продолжит занимать пассивную позицию, то в итоге она не сможет самостоятельно выстраивать свою безопасность. Euronews отметил перемену в европейском дискурсе: если раньше было важно занять наиболее жесткую позицию по отношению к России, то теперь на повестке дня стоит вопрос, как обеспечить себе место за столом переговоров. Этот разворот вызван столкновением с неприятной реальностью: конфликт перерос в затяжную войну на истощение, Украина несет потери, Европа — оплачивает счета, а Россия — планомерно продолжает наступление, не обращая внимания на оказываемое на нее давление.
Выкрикивать лозунги легко, а вот справляться с рисками — задача куда более сложная. Тот факт, что первыми инициативу проявили Финляндия и Норвегия, говорит о многом: страны, находящиеся ближе всего к России, больше не готовы вслепую соглашаться во всем с ЕС. В союзе нет одного игрока, наделенного полномочиями принимать окончательные решения. Финляндия и Норвегия, заявив, что они действовали от имени своих стран, фактически подчеркнули эту суровую истину: у Европы нет главного игрока, принимающего решения.
Болезненнее всего для ЕС не сам факт диалога Финляндии и Норвегии с Путиным, а предстоящие трехсторонние переговоры в Абу-Даби. Позиция Кремля однозначна: Европейский союз в них не будет участвовать. За прошедшие годы блок вложил в Украину огромные средства, а на 2026 и 2027 годы предусмотрен кредит в размере около 90 миллиардов евро. И все же, несмотря на большой финансовый вклад и перенесенные трудности, для ЕС не нашлось места за столом переговоров. Это хорошо знакомый принцип: тот, кто оплачивает счет, не обязательно имеет право определять, что будет "подано на стол". В международной политике места за столом переговоров дают тем, кто способен принимать окончательные решения, менять ситуацию, гарантировать исполнение достигнутых договоренностей.
Москва не рассматривает Европу в качестве нейтрального посредника, а как одну из сторон конфликта, и поэтому не желает видеть ее за столом переговоров. У США нет веских причин добиваться участия европейцев — они стремятся сохранить контроль за ситуацией, и хотят, чтобы переговоры проходили в узком кругу. Чем меньше участников, тем проще контролировать процесс. Хотя Европа стремится вовлечься в процесс, ее внутренние разногласия лишь дают основание другим игрокам оставить ее за бортом.
Возникает вопрос: кто же именно говорит от лица Европы? Регион представляет собой сложное переплетение интересов: Польша сосредоточена на безопасности восточного фланга, Германия тревожится из-за упадка промышленности, Франция хочет достижения европейской стратегической автономии, а страны Северной Европы обеспокоены рисками, связанными с близостью к зоне конфликта. Совместные заявления ЕС могут звучать громко, но, когда дело доходит до конкретики, кто имеет право определять общий курс? Не имея такую центральную фигуру, Европе некого отправить за стол переговоров.
Путин отметил, что Евросоюз не смог добиться цели нанести стратегическое поражение России, и вряд ли это будет возможно и к 2030 году. Он предупредил, что, если ситуация выйдет из-под контроля, победителей не будет. Кроме того, он выразил готовность к нормализации отношений с европейскими государствами. Иными словами, российский лидер говорит: не стоит рассчитывать, что длительное давление заставит Россию пойти на уступки и действовать по европейскому сценарию.
Учитывая экономическую и внутриполитическую обстановку в Германии и Франции, они не способны бесконечно поддерживать конфронтацию. Их молчаливое одобрение того, что Норвегия и Финляндия открывают каналы связи с Россией, вполне логично. Немецкая промышленность страдает от высоких цен на энергоносители, Франция сталкивается с внутриполитическими трудностями. Хотя эти страны не готовы открыто заявить о том, что пришло время для переговоров с Россией, они не станут препятствовать попыткам своих соседей прощупать почву.
Инициатива двух стран Северной Европы — это то, о чем остальным странам трудно сказать вслух: прежняя стратегия ЕС не является жизнеспособной. В Европе еще полагают, что бесконечное вливание средств, оружия и введение санкций неизбежно приведут к желаемому результату. Однако стоит ответить на три фундаментальных вопроса. Кто возьмет на себя растущие издержки? Кто способен сдержать военную эскалацию? Кто может представить Европу за столом переговоров? Без ответов на эти вопросы ЕС представляет собой лишь "воздушный замок" без прочного фундамента.
Становится очевидной вполне определенная тенденция раскола в ЕС. Каждая страна просчитывает собственные интересы, и никто не желает действовать ради чужих.
