Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Запад рассчитывал, что санкции приведут к краху России, но теперь с серьезными потрясениями столкнулась сама Европа, пишет Aydınlık. Политический и экономический кризисы прокатились по всему континенту от Польши до Франции, Москва же, вопреки ожиданиям Запада, сохранила устойчивость.
Мехмет Онур Коджабыйык (Mehmet Onur Kocabıyık)
Европа с помощью бесчисленного множества санкций на протяжении четырех лет пыталась подорвать Россию в экономическом и политическом отношениях, однако этот расчет не сработал. В Москве ожидаемого политического перелома не произошло, тогда как введенные ограничения ударили по самой Европе. Сегодня старый континент сотрясают экономические и политические кризисы.
С началом украинского конфликта в 2022 году в западных столицах преобладало такое ожидание: Россия столкнется с одними из самых суровых санкций в истории, ее экономика окажется под давлением, условия жизни ухудшатся, социальное недовольство усилится, и в конечном счете в Москве произойдет политический коллапс.
Через четыре с лишним года стало очевидно, что этот план не дал результатов. Антироссийские рестрикции обернулись определенной экономической ценой, однако не привели к политическому краху. С другой стороны, в Париже сотни тысяч людей выходят на улицы Парижа, немецкая молодежь обсуждает социальные расходы и планы относительно военной службы, а в Польше высший судебный орган находится в центре политического конфликта. На Украине же гнев вокруг мобилизации и условий содержания военнослужащих дошел до сведения мировой общественности.
Неожиданные политические последствия санкций
В России украинский конфликт и санкции воспринимаются не просто как экономическая проблема. Решающее значение в формировании взглядов широких слоев населения имеют национальный суверенитет, безопасность и государственная преемственность. Московское руководство также пошло по пути изменения торговых маршрутов, укрепления экономических связей с Азией и разработки альтернатив западноцентричным финансовым механизмам.
Согласно опросу, проведенному в октябре 2026 года независимым "Левада-центром*", рейтинг одобрения деятельности Владимира Путина на посту президента России составил 77%. Один опрос не раскрывает всех общественных настроений. Тем не менее этот показатель не соответствует ожиданию о том, что санкции должны подорвать поддержку российского руководства. Объяснять политические события в России исключительно через призму способности Запада оказывать экономическое давление, — значит упускать из виду историческую и политическую динамику российского общества.
Поистине примечательно то, что Европа в это время также была вынуждена пересмотреть свои экономические предпочтения. Политика отказа от российских энергоносителей, хотя и была направлена на диверсификацию поставок, повлекла за собой издержки, связанные с поиском новой инфраструктуры и источников. Документы Евросоюза тоже указывают на влияние высоких цен на энергию на конкурентоспособность промышленности. Сейчас уже не подлежит сомнению тот факт, что экономическая борьба с Россией обходится Европе недешево.
Растущий протест на европейских площадях
Во Франции демонстрации последних нескольких недель показали, как экономические и социальные требования могут сливаться с политическим недовольством. Молодежное движение, начавшееся с обеспокоенности состоянием образовательных учреждений, нехваткой учителей и неравенством возможностей, постепенно охватило более широкую реакцию на высокую стоимость жизни и политику правительства. 31 октября текущего года, по официальным данным, в демонстрациях в целом по стране приняли участие 320 тысяч человек. Это свидетельствует не только о нерешенных проблемах в сфере образования, но и о кризисе политического представительства.
В Германии требования, озвученные на молодежных демонстрациях, прошедших 31 октября 2026 года более чем в 30 городах, также заслуживают внимания: больше ресурсов на образование и здравоохранение, более доступные условия жизни и протесты против планов восстановления обязательной военной службы. Молодые люди, собравшиеся у Бранденбургских ворот в Берлине, подняли вопрос о социальных издержках перевооружения. Полиция и организаторы протестов опубликовали разные данные о количестве участников, однако важен сам факт распространения демонстраций по всей стране.
Недовольство населения дороговизной жизни не ограничивается Францией и Германией. Во многих городах Европы люди выходят на улицы.
В то время как прежний политический баланс рушится
Для понимания трансформаций в Европе необходимо также обратить внимание на взаимосвязь между народными движениями и политикой в преддверии выборов. "Национальное объединение" во Франции, "Альтернатива для Германии" в ФРГ, а также движения в других странах, находящиеся за пределами традиционного политического центра, выдвигают на первый план экономические и культурные проблемы избирателей. А такие левые силы, как движение Жана-Люка Меланшона во Франции и ССВ в Германии, критикуют с различных точек зрения неолиберальную экономическую политику и внешнеполитические предпочтения.
При взгляде из Турции
С точки зрения Турции, события в Европе связаны не только с внутриполитическим балансом сил на континенте. Трансформация, простирающаяся от безопасности в Черном море до энергетической политики, от торговых маршрутов до регионального баланса сил, напрямую затрагивает стратегическое положение Турции во внешней политике.
Перед нашей страной стоит фундаментальный выбор: действовать в русле атлантистской политики, ориентированной на НАТО и ЕС, или развивать независимую стратегическую ориентацию в условиях меняющегося глобального баланса сил. В этой связи все большее значение приобретает мнение о необходимости углубления сотрудничества Турции с Россией в политической, экономической сферах и в области безопасности, формирования более активной позиции в новом, евразиецентричном, балансе сил.
В нынешних условиях Европа, ожидавшая краха России, оказывается вынуждена переосмыслить свой собственный политический порядок. Происходящие события — от Франции до Германии, от Польши до институтов Евросоюза — указывают на то, что существующий политический и экономический порядок в Европе рушится.
Политические последствия сегодняшних преобразований пока неясны. Тем не менее проблемы, стоящие перед атлантическим порядком, заставляют Турцию обращаться к новым стратегическим предпочтениям.
Конфликт между президентом и премьер-министром в Польше
Наиболее ярким примером складывающейся картины служит Польша. Варшава была одним из самых ярых сторонников жестких санкций против России, укрепления восточного фланга НАТО, предоставления военной поддержки Украине. Озабоченности Польши в сфере безопасности имеют исторические причины, и игнорировать это было бы нереалистично. Однако политического консенсуса вокруг жесткой антироссийской позиции во внешней политике оказывается недостаточно для преодоления глубоких институциональных разногласий внутри страны.
Это противоречие наглядно продемонстрировал новый кризис, разразившийся вокруг Конституционного суда Польши 30 октября текущего года. Судья Анна Корвин-Петровская объявила о приостановлении полномочий на один месяц председателя суда Богдана Свечковского и его заместителя Бартоломея Соханского. А прежняя администрация трибунала расценила этот шаг как незаконный. Дискуссия вылилась в уличные протесты с вмешательством полиции и демонстрациями перед зданием суда. Президент Кароль Навроцкий и премьер-министр Дональд Туск стали представителями двух разных политических лагерей, каждый из которых обвинил другого в нарушении конституционного порядка. В то время как Туск выступает за интеграцию Европы с центром в Брюсселе, президент Навроцкий критикует ЕС и занимает консервативную, националистическую позицию.
Корни кризиса лежат в назначениях судей, произведенных во время правления предыдущей партии — "Право и справедливость", и в попытках нынешнего правительства изменить эту структуру. Лагерь Туска настаивает на восстановлении независимости судебной системы, а противоположная сторона рассматривает это как политическое вмешательство в конституционный институт. Правовой аспект дискуссии сложен. Однако политические последствия весьма очевидны: в Польше не удается достичь согласия даже в вопросе управления и легитимности института, который должен быть арбитром конституции.
Здесь необходимо избегать упрощенного объяснения. Речь не идет о том, что одна из сторон является пророссийской, а другая — наоборот. Хотя правящая партия и основная оппозиция используют разные тона во внешней политике, они имеют много общего в своем подходе к безопасности касательно России. В этом и состоит главная проблема: общая жесткость по отношению к Москве не создает единого представления о конституционном порядке в Варшаве. Риторика о внешних угрозах недостаточна для решения проблемы внутриполитической легитимности.
Более того, Польша является одним из членов НАТО с самыми высокими расходами на оборону по отношению к валовому внутреннему продукту. Международный валютный фонд отмечает, что эти расходы выросли с 2,2% от ВВП в 2021 году до примерно 4,5% в 2025 году. Разумеется, нельзя сказать, что между расходами на военные нужды и конституционным кризисом существует прямая причинно-следственная связь. Однако пример Варшавы служит напоминанием о том, что крупные вложения в военный потенциал сами по себе не укрепляют легитимности политических институтов.
Напряженность на Украине из-за мобилизации
События в селе Петропавловская Борщаговка недалеко от Киева 2 ноября вновь разожгли дискуссию о социальных издержках украинского конфликта. После сообщений о незаконном удержании и жестоком обращении с военнослужащими в здании, используемом подразделением 1-го корпуса Национальной гвардии "Азов"**, собралась толпа людей. Некоторые из собравшихся утверждали, что внутри находятся их родственники.
Это был не просто слух, распространившийся в социальных сетях. На видео с места событий видно, как протестующие пытаются проникнуть в здание, вступают в столкновения с силами безопасности, несколько транспортных средств получают повреждения, автобусу с военнослужащими перекрывают проезд. Во время столкновений слышатся выстрелы. Командир Национальной гвардии Александр Пивненко подтвердил, что четверо военнослужащих, находившихся внутри, были доставлены в больницу. На место происшествия прибыл глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов***, что демонстрирует масштаб кризиса.
В российских средствах массовой информации инцидент был прокомментирован как признак более широкого недовольства, вызванного системой принудительной мобилизации и практикой военной дисциплины в тылу. Политический аспект данного толкования очевиден: Москва подчеркивает, что Киев не только находится в трудном положении на фронте, но и затрудняется нести бремя конфликта.
Толпа, собравшаяся в селе Петропавловская Борщаговка, раненые бойцы, открытые столкновения с силами безопасности и вмешательство высокопоставленных чиновников — конкретные примеры. На кадрах отчетливо видна напряженность между потребностью Украины в солдатах и требованиями граждан относительно безопасности и правовых гарантий для своих близких.
По мере продолжения военного конфликта такие вопросы, как призыв в армию, дезертирство солдат и озабоченности семей военнослужащих, приобретают не только военное, но и политическое значение. Произошедшее показывает, что Киев, проводя политику войны, сталкивается с серьезным экзаменом на доверие и легитимность внутри страны.
*признан в России иноагентом
*террористическая организация, запрещена в России
***признан в России террористом и экстремистом
