Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Внутренние процессы в НАТО все больше напоминают "говнофикацию" цифровых платформ, пишет TNI. Альянс превращается из общей системы безопасности в механизм извлечения выгоды для Вашингтона, и у Европы крайне мало шансов изменить эту тенденцию.
Эмилиан Кавальски (Emilian Kavalski)
Европейская зависимость от гарантий безопасности США во многом напоминает столь знакомое всем снижение качества цифровых приложений.
Мюнхенская конференция по безопасности развернулась на фоне кризиса доверия в трансатлантических отношениях — этого не скрывают даже ее организаторы. Европа услышала привычные уверения в том, что Америка по-прежнему твердо привержена трансатлантическому альянсу, что НАТО незаменима и что бремя должно распределяться справедливо. Неважно, правдивы эти заверения или нет, тревога и недоверие европейских политиков — симптомы гораздо более глубоких трудностей.
На протяжении десятилетий трансатлантические отношения работали важнейшей геополитической платформой. Они предлагали своего рода операционную систему безопасности, которую разработали и поддерживали США, а Европа была ее основным пользователем и никогда не "разлогинивалась". НАТО обеспечивала сдерживание, стабильность и стратегическое спокойствие, способствовавшее европейской интеграции. Со временем европейцы не просто активно пользовались системой, но и уверовали в нее с практически религиозным пылом.
Но у геополитических платформ, как и у всех остальных, есть свой жизненный цикл. Цифровой активист Кори Доктороу метко назвал позднюю стадию распада платформ "говнофикацией". Типовая последовательность действий такова: сперва платформа хороша и полностью устраивает пользователей, затем постепенно ухудшает качество обслуживания в угоду собственным интересам и, наконец, "кидает" всех, и от первоначальных посулов остаются лишь жалкие крохи. Метафора может показаться грубоватой, но диагноз в точности соответствует текущей трансатлантической динамике.
Хотя США и не свернули НАТО, они активно ее "говнофицируют" — превращая общую гарантию безопасности в систему, которая все больше напоминает частный мост с платным проездом: она не только незаменима (несмотря на дороговизну), но и в принципе не терпит альтернативных маршрутов. Вашингтон уже "отбил" первоначальные послевоенные инвестиции и теперь извлекает постоянную выгоду из европейского "трафика" по трансатлантическому мосту, с которого некуда сворачивать.
США навязывают союзникам дополнительные расходы — требуют вводить американские технологические стандарты и законы об интеллектуальной собственности, соблюдать режим санкций, служащих экономическим интересам США, и отдавать приоритет американским поставщикам военной продукции — причем все это преподносится как неизбежные издержки, чтобы сохранить "премиальный доступ" к американской защите. Иными словами, трансатлантическая гарантия безопасности сохраняется, но служит основой расползающейся хищнической экосистемы, возникшей еще до прихода администрации президента Дональда Трампа.
НАТО на безальтернативной основе
Каждая "говнофикация" начинается с продукта, который настолько хорош, что пользователи не могут без него жить. Несмотря на некоторые недостатки, для Европы после Второй мировой войны приложение "Гарантии безопасности США" стало самым популярным. Оно обеспечивало ядерное сдерживание, разведданные, материально-техническое обеспечение и военную мощь, позволив в кратчайшие сроки восстановить разрушенный континент.
Но отличные платформы не просто помогают и облегчают жизнь — они затягивают. И как только вы встроитесь в систему с высоким порогом выхода, это становится сущим наказанием, и даже если все в частном порядке согласны с тем, что ситуация ухудшается, слаженные коллективные действия практически невозможны. НАТО не просто обеспечивала безопасность — она сформировала в Европе глубинное представление о ней на основе возможностей США, командных структур и промышленных экосистем. В ходе этого процесса европейская стратегическая автономия атрофировалась — не из-за коварного заговора, а просто в силу удобства. Зачем создавать дорогостоящие спутники, эшелонированную систему противовоздушной обороны или суверенные командные структуры, когда под руками всегда имеется премиальная американская версия — к тому же условно-бесплатная?
Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте недавно упрочил это безальтернативное положение, предупредив во всеуслышание, что Европа "неспособна защитить себя без Америки". Он предупредил, что любые попытки создать европейскую опору — не более чем "пустословие" и что для замены американских средств ядерного сдерживания потребуются немыслимые 10% ВВП и "миллиарды и миллиарды евро". Тем самым руководство трансатлантической платформы гарантирует, что неизбежные издержки по замене пользователи сочтут непосильными. Однако это отнюдь не взвешенный анализ, а заявления поставщика услуг, замаскированные под мудрое государственное управление.
В этом отношении привязка работает не только на уровне структуры, но и в головах. По сути, концепция безопасности большинства европейских стран опирается на возможности США. Платформа НАТО перестала служить простым оборонительным инструментом — а превратилась в военную экосистему. И как только экосистема сознает, что не выживет вне хозяина, стимулы хозяина начинают меняться.
НАТО превратилась в механизм извлечения выгоды для США
Как только привязка закрепляется, платформа начинает служить другим приоритетам владельца — политическому влиянию, стратегической направленности и промышленному господству. Для Европы трансатлантические отношения в XXI веке стали настоящим мастер-классом по извлечению такой выгоды. Гарантии безопасности никуда не делись, но обходятся в несколько раз дороже. В политическом плане солидарность Североатлантического альянса систематически используется для обеспечения европейской поддержки приоритетов США. Как минимум со времен вторжения в Ирак в 2003 году платформа НАТО регулярно используется в целях, которые не всегда одобряют ее европейские пользователи.
С экономической точки зрения стремление к "функциональной совместимости" и целевым расходам чревато ненужными поборами. Они воспринимаются как "обдиралово" — неизбежные издержки участия, а не дополнительные услуги. Формальный норматив расходов в размере 2% ВВП, подтвержденный на саммите в Уэльсе в 2014 году, — яркий пример этой хищнической логики. В прагматических отношениях такие финансовые обязательства служат не столько честному распределению бремени, сколько каналом, по которому средства из европейских бюджетов перетекают в США на закупку систем вооружений, обеспечение стандартов и техническое обслуживание. И как только возникает насущная необходимость, европейские правительства покупают товар "с полки" у американских оборонных гигантов, углубляя свою долгосрочную зависимость.
Данные неутешительны. Как подчеркивается в отчете бельгийского аналитического центра "Брейгель", военные продажи США европейским союзникам резко возросли с 11 миллиардов долларов в период 2017-2021 годов до 68 миллиардов долларов только за 2024 год. Такие цифры свидетельствуют о глубокой все сильнее усугубляющейся зависимости Европы от передовых технологий и услуг США. Дело в том, что Европа не просто покупает оборудование — она встраивается в экосистему, которая контролирует лицензии, обновления и запасные части.
Во многом это, безусловно, вина самой Европы. Слишком многие столицы считали расходы на оборону опциональными, а любые пробелы всецело восполняли за счет американских "премиальных услуг". Но такие тенденции лишь подтверждают платформенную логику трансатлантического альянса: как только поставщик становится "несменяемым", он начинает извлекать выгоду, выходящую далеко за рамки собственно предоставляемых услуг. По ходу процесса поставщик также получает неофициальное право вето на альтернативные решения и формирует выбор союзников в смежных областях, будь то энергетика, промышленная политика и торговля. Это еще одно напоминание о том, что владелец платформы будет уделять приоритетное внимание местным пользователям, а союзникам будет предложено так или иначе адаптироваться.
США ставят условия насчет НАТО
На третьем этапе "говнофикация" начинается по полной программе. Платформа ухудшает основные возможности для всех сторон, одновременно агрессивно душа альтернативы, чтобы податься пользователям было некуда. В трансатлантических отношениях самый разрушительный признак — регулярно выдвигаемые условия для дальнейших гарантий безопасности США. Недавние репортажи о том, что президент Дональд Трамп оставит "провинившихся" союзников, которые "не платят по счетам", на милость России — лишь самое вопиющее проявление платного доступа, "вшитого" в трансатлантическое приложение уже много лет назад.
Такие угрозы не только подрывают добрую волю, но и увеличивают "брешь в гарантиях", упомянутой в так называемой "теореме Хили" — в честь британского министра обороны в 1960-е Денниса Хили. Он отметил, что доверие к североатлантическому союзу асимметрично: "Требуется лишь 5% доверия к ответным мерам США, чтобы сдержать русских, и 95% — чтобы успокоить европейцев". Иными словами, сдерживание может работать на периферии, но требует определенности. Если же гарантия безопасности даже в мирное время вызывает вопросы, в условиях кризиса это и вовсе чревато катастрофическими просчетами.
Такая нестабильность трансатлантической платформы не нова. Доверие уже давно ослабевает из-за принципиального расхождения между интересами США и Европы, а также из-за регулярных напоминаний (от скандалов со слежкой десятилетней давности до сумбурного вывода войск из Афганистана) о том, что для Вашингтона доверие союзников — лишь одна из переменных, но никак не постоянная величина. Более того, сама стратегическая "подпитка" Вашингтона, судя по всему, алгоритмически разворачивается в сторону Западного полушария. Европа же на фоне ожесточенных боевых действий у своих рубежей и постоянных гибридных угроз словно листает бесконечную ленту социальных сетей, причем ищет совсем не то, что ей "выдает" платформа. Такой пользовательский опыт непрозрачный, отталкивающий и манипулятивный.
Наконец, как и в сфере технологий, трансатлантическая платформа всячески отстаивает свою монополию, ограничивая совместимость. Будь то с помощью собственных стандартов, экспортного контроля (например, строгих правил международной торговли оружием, которые регулирует Госдепартамент) или политического скепсиса к смелым оборонным инициативам ЕС, но США исторически принимали меры, чтобы европейские альтернативы не "взлетели". Это геополитический аналог запрета на копирование технологий. В результате мы имеем хрупкий альянс, который на бумаге выглядит внушительно, но настолько подорван недоверием, что, как показывает недавняя напряженность вокруг Гренландии, может показаться, что от паники и нестройного распада его отделяет всего одно серьезное потрясение.
Как восстановить европейский суверенитет
Прежний сценарий Мюнхенской конференции по безопасности, в котором Европа неизменно обещает "сделать больше" в рамках разработанной США системы, устарел. Это все равно, что упрашивать гиганта соцсетей смягчить алгоритмы. Проблема не в объеме работ, а в хищнической и пагубной логике самой платформы. Чтобы разорвать этот порочный круг, необходимо отказаться от рефлекторного подхода "альтернативы нет", когда зависимость априори считается неизбежной.
Стратегическая мантра НАТО о "выученной беспомощности" внушает, что текущие договоренности — не политический выбор, а закон природы. Пренебрежительное заявление Рютте — "Если кто-то думает, что Европа в целом сможет защитить себя без США, то мечтать не вредно, ничего у вас не выйдет" — это не трезвый реализм, а предельное проявление все того же подхода "альтернативы нет", чтобы задушить европейскую стратегическую фантазию на корню. Это последнее предупреждение владельца платформы пользователям, задумавшимся о выходе из системы.
И все же Европа может выбрать иное решение. Дальнейший путь — это так называемое "технологическое самоопределение": создание независимых европейских оборонных и технологических систем, которые смогут подключаться к протоколам НАТО без предварительного разрешения США. Для этого необходимо пересмотреть взгляды на обход санкций, когда стратегическая независимость считается геополитическим преступлением. Таким образом, восстановив свое право на инновации, Европа может построить будущее без "говнофикации".
Вражда и развод вовсе не обязательны. НАТО была и остается для Европы важнейшим брандмауэром. Однако задача состоит в том, чтобы изменить исходный код трансатлантической операционной системы так, чтобы Европа из привязанного пользователя превратилась в совладельца платформы. Укрепление европейской составляющей НАТО сулит в некотором смысле "состязательную оперативную совместимость": способность создавать альтернативы, даже преодолевая сопротивление владельца платформы, дисциплинирует платформу и предотвращает "говнофикацию". На практике это Европа выедет на новую полосу движения, не съезжая с трансатлантической магистрали, получив возможность подключаться к системе США при необходимости, и действовать автономно, когда Вашингтон отвлечен, в ссоре сам с собой или занят текущими сделками.
Для этого перехода потребуется воплотить политические амбиций в реальность за счет следующих мер:
1. Наращивание европейского потенциала, а не только арсеналов: Европа должна выйти за рамки сугубо символических проектов. Это потребует объединения спроса, стандартизации требований и масштабирования производства, чтобы снизить зависимость от одного-единственного поставщика.
2. Инвестиции в суверенные стратегические средства: Европа должна отслеживать ситуацию, принимать решения и действовать, не дожидаясь "отмашки" со стороны США. Это означает совместное разведывательное наблюдение, безопасную связь и прозаическую основу — логистику, техническое обслуживание и сплоченную оборонную инфраструктуру.
3. Создание подлинно европейского оперативного командования: постоянная штаб-квартира ЕС с реальными полномочиями превратила бы координацию из извечной проблемы в реальный потенциал.
Следует оговориться, что это не антиамериканский проект. Это единственно возможная программа в поддержку альянса из оставшихся у Старого Света. Европа, которой по силам выстоять в одиночку, прибавит Североатлантическому альянсу устойчивости к внутренней нестабильности в США и устранит соблазн хищнического подхода. В то же время Вашингтон получит то, к чему по идее и должен стремиться: партнера, который может за себя постоять, а не послушного вассала.
Платформы терпят крах, когда пользователи начинают путать привычку и стабильность, с одной стороны, зависимость и верность, с другой. Слишком долго Европа упивалась удобным членством в НАТО и неуклонно ослабляла собственные возможности, потому что американские услуги казались чем-то непреложным, хотя в действительности этого было не так. Мюнхенская конференция по безопасности должна стать тем моментом, когда Европа перестанет автоматически листать "выдачу" в сгущающейся атмосфере неуверенности и нестабильности.
Вместо этого Европа должна провести суверенную модернизацию — не для того, чтобы разрушить НАТО, а чтобы освободиться от "говнофицированной" версии этой платформы, которая забирает больше, чем дает, питает врожденное презрение к проблемам Европы и периодически напоминает о том, что безопасность — это платная услуга. Выбор стоит не между американским лидерством и неразберихой. А между усугубляющейся "говнофикацией" и тяжелой, но необходимой работой по стратегическому обновлению.
Эмилиан Кавальски — профессор мировой политики Университета Тампере в Финляндии. Его специализация — теория и практика децентрализации международных отношений с акцентом на крепнущее влияние незападных игроков на мировой арене
