Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
После первых ударов Иран не сломался, он пережил самый трудный момент, и теперь конфликт переходит в долгую и непредсказуемую фазу, заявил в интервью Gazeta эксперт Кшиштоф Страхота. США и Израилю не удалось реализовать максимально оптимистичный для себя сценарий.
Артур Секачиньский (Artur Siekaczyński)
Интервью с экспертом Центра восточных исследований Кшиштофом Страхотой (Krzysztof Strachota)
— Просчитались ли США, напав на Иран? Не удивительно ли, что Иран так долго и так стойко противостоит Израилю и Соединенным Штатам?
— Без сомнения, реализовать самый оптимистичный сценарий, который предполагал быструю победу и минимальные издержки, им не удалось. Кстати, официальные анонсы были более реалистичными, в них речь шла о 4-6 неделях операции. Независимо от того, что заявлял президент Дональд Трамп, военные, скорее всего, понимали, что конфликт может быть гораздо более длительным. Такие войны не выигрываются за нескольких дней.
— Может ли режим в Иране удержаться?
— Трудно сказать наверняка. В нынешней ситуации делать прогнозы сложно. Иранская власть в первые дни подверглась очень мощным ударам, но ей удалось устоять, удалось выдержать это испытание. Процесс передачи ключевых должностей в иранской власти, включая должность верховного лидера, проходит достаточно эффективно. Массовых протестов не было, острых конфликтов на почве сепаратизма удалось избежать. В данный момент, как представляется, режим даже может испытывать удовлетворение процессом "объединения вокруг флага". Возможно, это является результатом страха общества перед непонятным будущем. Сейчас режим "перевел дух". Вопрос в том, что будет дальше, насколько велика будет решимость обеих сторон продолжать конфликт. Если американцы и израильтяне не ослабят военного давления, это, на мой взгляд, может усугубить процесс дезинтеграции всей системы иранской власти и в конечном итоге будет препятствовать нормальному функционированию государства. Есть большая вероятность, что это давление ослабит Иран не только в политическом, но и в военном отношении, ограничит возможность проведения ответных действий, которые Тегеран до сих пор очень успешно реализовал.
Независимо от того, чем закончится этот конфликт, разрушение гражданской инфраструктуры, перспектива социальных волнений или даже паралич государства будут вызывать в обществе усталость. Социальный взрыв — так же, как трения и раскол в элитах — просто будет отложен во времени. Точно так же — как отложенную проблему, я бы оценил ситуацию с курдами. Пока они не начали никаких действий, напоминающих восстание, но эта карта все время находится на столе, и власти Тегерана должны с ней считаться. Также трудно предсказать, насколько решительно настроены Соединенные Штаты. В какой степени они захотят и смогут продолжать давление, которое они пока что применяют.
— Как вы думаете, сколько еще может продлиться этот конфликт? Дональд Трамп постоянно называет разные сроки. То он говорит, что это вопрос нескольких часов, потом объявляет, что победа — дело нескольких недель.
— Да, конечно, президент Трамп посылает противоречивые сигналы. Это в его стиле, и я предполагаю, что он делает это сознательно. Мы, конечно, не можем исключить тот факт, что в какой-то момент он примет решение о прекращении боевых действий, но мне кажется маловероятным, что это произойдет быстро. Я предполагаю, что Соединенные Штаты захотят продолжать эту войну до тех пор, пока Иран не запросит перемирия, а, в идеале — до момента однозначной победы. Что касается Израиля, то я не могу себе представить, чтобы он отказался от военных действий в отношении Ирана. Независимо от того, что решат Соединенные Штаты, даже если израильтяне умерят интенсивность и темп военных действий на какое-то время, этот конфликт будет продолжаться, по крайней мере, в израильско-иранском формате с привлечением в какой-то степени Америки.
— Могут ли Соединенные Штаты действительно отправить в Иран свои сухопутные войска?
— Что касается сухопутной операции в Иране, мне кажется, что американцы достаточно ясно (…) сигнализируют о том, что долгая война их не интересует и повторения иракского или афганского сценария они не хотят. И к наземной операции они не готовы. Вполне естественно, что США могут планировать в Иране спецоперации. Они наверняка захотят купировать угрозы судоходству в Ормузском проливе, а на финальном этапе — мы еще до него не дошли — возникнет необходимость вывоза обогащенного урана, если, конечно, этот конфликт будет завершен так, как планируют Соединенные Штаты.
Есть еще один важный вопрос, который американцы обозначили: возможность захвата острова Харк [небольшой остров, расположенный в северной части Персидского залива — ред.], который имеет ключевое значение для добычи и экспорта иранской нефти. Я думаю, что это последнее средство, на которое в случае необходимости пойдут США, но его нужно учитывать. Это была бы не полномасштабная операция — для этого нет ни средств, ни сил — дело ограничилось бы захватом острова у иранского побережья.
Но если бы иранские курды действительно активно вступили в игру, то можно было бы предположить, что американские спецназовцы контролировали бы ситуацию или наводили курдов на цели. Такой сценарий был реализован в 2003 году во время вторжения в Ирак и во время войны с талибами. Но полномасштабная сухопутная операция с захватом территории и ее оккупацией с использованием сухопутных войск представляется мне крайне маловероятной. Подчеркиваю — у американцев для этого нет политической воли и сил. Это явно не понравилось бы электорату Трампа, и, кроме того, Иран — гораздо более крупная страна, чем Ирак и Афганистан вместе взятые.
— Может ли этот конфликт распространиться на другие страны? Несколько стран уже стали объектом военных действий иранцев. Израильтяне заявили, что Азербайджан фактически готовится к прямой атаке.
— Конечно, как мы видим, конфликт разрастается. Он является частью более масштабных региональных проблем. Сегодня мы видим, как страны Персидского залива становятся целью иранских атак, но делают все, чтобы не вступать непосредственно в конфронтацию с Ираном. Ответные меры были бы равносильны вовлечению в конфликт, в то время как разумнее его переждать. Так же ведут себя Турция и Азербайджан. Не стоит забывать и о еще одном актуальном конфликте. В Ливане проводится регулярная и полномасштабная израильская операция против "Хезболлы" — с воздушными ударами и наземными операциями. Число погибших в последние дни в Ливане составило уже около 700 человек — это "всего лишь" вдвое меньше, чем в Иране за время всего конфликта — а количество внутренних беженцев уже достигло примерно 800 тысяч человек [все население Ливана — это примерно 5,3 миллиона человек].
Короче говоря, этот конфликт носит региональный характер, но точечно распространяется и дальше, в первую очередь на государства Персидского залива и на Ливан. Никто в регионе не заинтересован в том, чтобы начать обмениваться ударами с Ираном или стать союзником Израиля.
— Какие цели преследует Иран на данный момент? Речь идет о минимизации собственных потерь или о блокировании Ормузского пролива?
— Власти Ирана борются за выживание. Защитить нынешнюю политическую систему, сохранить суверенитет и территориальную целостность страны — вот что стоит на кону. Тегерану также важно восстановить потенциал сдерживания, показать врагам, что эту страну нельзя изменить ни военным, ни каким-либо другим давлением. Иран также хочет показать, что затраты на организацию давления на него — военного, экономического или любого другого — будут для всех слишком велики, поэтому конфликтовать с Тегераном себе дороже. Блокада Ормузского пролива — тоже про это. Если Иран выдержит эту войну, он наверняка захочет восстановить свой потенциал сдерживания и доказать, что другой альтернативы, кроме нормализации политических и экономических отношений с ним, нет. Однако на сегодняшний день такой вариант всерьез рассматривать сложно.
— Коль скоро Соединенные Штаты пошли в атаку, трудно представить, чтобы они вдруг прекратили боевые действия. Каковы их цели?
— На мой взгляд, цели разные. Основной целью является уничтожение военного потенциала Ирана — баллистического и ядерного, и, как следствие, улучшение "климата" в регионе. Речь идет о лишении Ирана возможности нанести ущерб американским и израильским интересам посредством ракетных обстрелов, развития ядерной программы или способности поддерживать проиранских прокси, например "Хезболлу".
Президент Трамп, как и любой лидер в такой ситуации, нуждается в политической победе. Ему необходимо, чтобы конфликт закончился чем-то вроде капитуляции Ирана и в то же время разрядкой политической и экономической напряженности за счет деблокирования Ормузского пролива. Важно также создать такие условия, чтобы Иран не возобновил угрозы в будущем. Тогда Трамп мог бы вернуться с этой войны победителем.
Программа максимум — добиться в Иране контролируемой смены режима. Это означает, что произошла бы не только некая капитуляция Тегерана, но и настолько серьезная системная перезагрузка, после которой иранская политика была изменена в самой своей основе. Но с этими иранскими властями ни в чем нельзя быть до конца уверенным — даже если они на что-то согласятся, они будут тянуть время, обманывать и готовиться к возмездию. Говорить о том, что "иранская проблема" решена, можно будет только после смены режима и стабилизации ситуации в стране. Если смотреть шире, то речь идет также о восстановлении или, скорее, подтверждении авторитета Соединенных Штатов в регионе Персидского залива и во всем мире.
— На что еще следует обратить внимание в этом конфликте?
— Следует соблюдать умеренность и осторожность в суждениях и прогнозах. Конечно, американцы действуют не так быстро, как могли бы, но мне кажется, что слишком рано говорить о фиаско или глупости американских властей, которые якобы рассчитывали решить иранскую проблему за два дня. Война сейчас в самом разгаре. На мой взгляд, американцы по-прежнему владеют инициативой, иранский режим ослабевает, но я также очень далек от мысли, что США с Израилем уже победили. Это серьезная война. И все стороны готовились к ней серьезно. Решающее значение для конфликта будет иметь внутренняя ситуация как в США, так и в Иране. Остается еще Израиль, о котором легко забыть, а ведь именно он в значительной степени инициировал нынешний конфликт. Он принимает в нем равное с США участие и остается самостоятельным игроком, реально влияющим на ситуацию. Без голоса Израиля шансов на прекращение этого конфликта и устойчивый мир нет.
Комментарии читателей:
100igniew
В нынешнем мире быстро победить можно только Польшу. Потому что ее президент наложил вето на закон о кредитовании ее вооружения.
Niemaloginu
То есть… хм.. если я правильно понял, мы имеем дело с "конфликтом" и "военной операцией"? А почему не с "нападением" и не с "агрессией" со стороны США и Израиля? Что нам мешает назвать вещи своими именами? Почему вы употребляете эти слова в отношении России? И почему ни словом не заикнулись о провокациях и нападениях бандитов из "Правого сектора"*, начиная с 2014 года?
emi1000
США начали эту войну только и исключительно для того, чтобы заработать на нефти и газе.
baby1
Тут речь не о военном поражении, а о потере Америкой репутации надежного партнера. Страны Залива платили США за свою безопасность. Платили, в частности, предоставлением территории для американских баз. А сейчас оказалось, что Ирану нечего терять и он лупит по аэродромам, нефтяным установкам и дорогим курортам. И арабы сейчас поймут, что американцев с их базами нужно послать подальше и договариваться напрямую с Тегераном.
milczenie.offline
Арабы Трампу этого не забудут. Еще недавно Вашингтон продавал миру сказку про стабильность, силу и золотой век Залива, но сегодня эти фантазии рассеиваются у всех на глазах.
dede77
Мы являемся свидетелями упадка американской державы. Мы видим, как хвост, то есть Израиль, виляет этой некогда сильной собакой. Пора и нам, Европе, делать выводы.
keram01
Еще никто в истории не выиграл ни одной войны с помощью точечного бомбометания. У США с Израилем это тоже не получится. Хотя они будут пытаться убедить весь мир в обратном.
Annanatt
Янки явно проиграли. А когда за последние десятилетия они побеждали?
Blski
Нетаньяху заставил Трампа ввязаться в эту войну. США были к ней совершенно не готовы.
nemo25
Жалкие потуги придумать этой ненормальной войне какое-то оправдание. США и Израиль просто напали на Иран — как самые обыкновенные бандиты, вот и все.
e50504
Давайте, эксперты, расскажите нам еще, что иранцы воюют саперными лопатками, а их командиры вечно пьяные.
jaronek1949
Жду, когда эксперты расскажут, что заградотряды гонят иранцев в мясные штурмы и через 3 дня у них кончатся патроны.
smiki48
США уже проиграли. Безоглядная поддержка Израиля будет им дорого стоить.
mily.pan.2020
Это вам не Венесуэла. Тут все будет долго и серьезно.
romek_z_warszawy
Эксперты могут говорить что угодно, но это США и Израиль напали на Иран, а не наоборот.
*запрещенная в РФ террористическая организация
