Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Несмотря на санкции Брюсселя, Венгрия не откажется от российских энергоносителей, заявил Петер Мадьяр в интервью FAZ. Будапешт также готов оказать Украине дипломатическую и гуманитарную помощь, но не станет отправлять солдат и оружие, подчеркнул премьер.
Александр Ханеке (Alexander Haneke), Конрад Шуллер (Konrad Schuller)
В первом интервью немецкой прессе новый премьер-министр Венгрии объясняет, какие ошибки на руку правым силам и что в миграционной политике Виктора Орбана было верным.
FAZ: Господин премьер-министр, вы одержали историческую победу на выборах в Венгрии, хотя прежнее правительство Виктора Орбана обрушило против вас целую кампанию. Как вы собираетесь вновь примирить страну?
Петер Мадьяр: Я давно знаю Виктора Орбана. То, что происходило в ходе кампании, не стало для меня сюрпризом, хотя в других странах такое трудно представить. Кампания была направлена не только против меня лично, но и против моей семьи, коллег, друзей. Но это было не противостояние "венгры против венгров" — это Виктор Орбан и его окружение выступили против венгров. Одно из наших важнейших предвыборных обещаний — сделать все, чтобы вновь объединить венгерскую нацию.
— Вы добились победы благодаря проевропейской кампании. Однако остается много поводов для конфликта с Европейским союзом, прежде всего в миграционной политике.
— Мое правительство будет проводить очень жесткую и последовательную политику в отношении нелегальной миграции. Можно сколько угодно ругать Виктора Орбана — никто не критикует его больше, чем я, но в 2015 году, когда начался миграционный кризис, он был прав. Многие государства — члены ЕС уже признали, что тогда были приняты неверные решения. Мы в любом случае будем защищать нашу родину, ее границы и внешние границы Европы.
— Согласно новым правилам ЕС по предоставлению убежища, которые вступают в силу в середине июня, Венгрия будет обязана сама проводить процедуры по рассмотрению заявлений на внешней границе ЕС. Вы будете соблюдать европейские правила?
— Могу сказать лишь одно: Венгрия не будет принимать нелегальных мигрантов. И мы не будем платить за это никаких штрафов. Но мы будем помогать защищать внешние границы Европы, будь то в Греции, на Мальте или в Италии. Миграционный кризис 2015 года должен стать уроком для Европы. Главная задача европейских политиков — защищать безопасность граждан. Я считаю, что есть очень много способов остановить нелегальную миграцию и при этом не нарушить правила ЕС. Нужно просто уметь договариваться.
16.04.2026
— Венгрия уже ежедневно платит миллион евро штрафов за несоблюдение решения Европейского суда, обязывающего ее предоставлять убежище прибывающим мигрантам. Как вы будете решать эту проблему?
— Спасибо за этот вопрос. Он очень важен, потому что решение суда принималось в совершенно другое время и в других правовых рамках. А сегодня мы в принципиально иной ситуации. Оно больше не отражает нынешнюю реальность. Есть много стран, которые теперь действуют так же, как Венгрия, но на них это решение Европейского суда почему-то не распространяется. Я считаю это невероятно несправедливым. Мы будем вести переговоры и вместе с европейскими партнерами найдем решение, чтобы мы могли защищать границы и не платить ежедневный штраф в миллион евро.
— То есть вы хотите оспорить решение?
— Обжаловать его невозможно. Мы ищем новые правила и возможности, чтобы не платить этот штраф. Несправедливо и несоразмерно, что жители Венгрии должны ежедневно платить один миллион евро. Как и то, что Венгрия не получила финансирование на строительства забора для защиты внешней границы ЕС, тогда как другие государства — члены союза такие средства получили.
— Спорная миграционная политика ЕС возникла из-за решений большинства, с которыми были согласны не все страны. Германия хочет перейти к решениям большинства и во внешней политике ЕС. Это правильный путь для Европы?
— Я долго работал дипломатом в Европейском союзе и прекрасно знаю: с 27 государствами трудно найти компромисс. Однако чаще всего это удается. Орбан всегда говорил: "Мы должны победить Брюссель". Я считаю, дело не в этом. Нужно понимать друг друга и убеждать, а не побеждать. Люди хотят видеть Европейский союз, который опирается на сильные государства-члены, а не "Соединенные Штаты Европы". Поэтому я сейчас не поддерживаю переход от единогласия к голосованию большинством голосов по ряду вопросов. Мы будем вести переговоры и найдем компромисс.
— Во Франции в следующем году крайне правое "Национальное объединение" может выиграть президентские выборы. Это, на ваш взгляд, опасность — или с такими силами можно прагматично сотрудничать в Европе?
— Я не люблю ярлыки вроде "крайне правые" или "крайне левые". Мне не нравятся идеологические войны. Люди заслуживают большего, чем политкорректные речи и взаимное навешивание ярлыков. Я не ставлю целью вмешиваться во внутренние дела других государств — членов ЕС и не буду этого делать. И здесь я тоже отличаюсь от Орбана. Но я наблюдаю, что в ряде стран власти совершают ошибки в обращении с радикальными партиями. Их политики ведут себя неискренне. Они не понимают страхов и ожиданий людей, боятся открыто говорить о проблемах и решать их, используют язык политкорректности — и в итоге сами перестают понимать реальность. Именно этими ошибками некоторые и пользуются. Просто изоляция этих людей и партий и закрытие их за "брандмауэром" не является решением. Это только укрепляет их силы. Во многих странах эти ошибки уже признали, но не везде.
— И в Германии тоже?
— В ряде государств политическая, медийная и экономическая элита защищает собственные позиции и не всегда обращает внимание на реальные страхи и проблемы людей. Но люди этого не забывают. Поэтому нам нужна честность, честность — и еще раз честность.
— Должны ли европейские консерваторы в Европарламенте сотрудничать с "Альтернативой для Германии"?
— В Европейском парламенте политические силы всегда должны стремиться к большинству, и крупные коалиции между левоцентристскими и правоцентристскими партиями могут быть успешными. Германия и Австрия — хорошие примеры. Однако это работает не всегда, и потому "Европейской народной партии", куда входят ХДС/ХСС и моя партия "Тиса", возможно, однажды придется принять решение. На мой взгляд, "Европейские консерваторы и реформисты" — естественный союзник "Европейской народной партии". Захотят ли они впоследствии сотрудничать с АдГ — это не мне решать. Но разговаривать друг с другом и выслушивать аргументы оппонента, по-моему, никогда не вредно. Что именно мы примем из предложений другой стороны — это уже другой вопрос.
— Несмотря на боевые действия России на Украине вы хотите и дальше закупать нефть и газ из России. Так и будет?
— Венгерский народ избрал меня своим премьер-министром. Среди задач моего правительства — обеспечить энергетическую безопасность, надежность снабжения и по возможности низкие цены на энергию. За последние годы Венгрия стала самой бедной и самой коррумпированной страной ЕС. Три миллиона человек живут за чертой бедности. Наши соседи по ЕС должны понимать: Венгрия — внутриконтинентальная страна без выхода к морю. Мы по-прежнему зависим от российской нефти, и это нельзя изменить в одночасье. У нас уже много лет нет экономического роста, а для роста нужна доступная энергия. Разумеется, мы делаем все, чтобы диверсифицировать источники, но мы не можем позволить себе, чтобы конкурентоспособность наших компаний дальше падала, а энергетическая бедность венгерских семей росла. На мой взгляд, когда боевые действия завершатся, Европа частично вернется к российским энергоносителям и снимет санкции: речь идет о конкурентоспособности всей Европы, и никто не заинтересован в том, чтобы при будущем мире поддерживать новую экономическую и политическую холодную войну. Но, конечно, для этого необходимо завершить боевые действия.
— Виктор Орбан был своего рода гуру для американского движения "Вернем Америке было величие" (MAGA), президент Дональд Трамп активно поддерживал его в ходе кампании. Тем не менее вы победили. Что это значит для отношений Венгрии с Америкой?
— США — естественный союзник Венгрии в НАТО и очень важный экономический партнер. То, что происходило в ходе кампании, этого не изменит. Мы будем поддерживать хорошие отношения с любой американской администрацией.
— Орбан также поддерживал особые дружеские отношения с президентом России Владимиром Путиным.
— Я осознаю, какую роль Россия сыграла в истории Венгрии. Я не забыл ни 1849, ни 1956 год. Оба раза российские войска жестко подавляли венгерское движение за свободу. Но верно и другое: география не меняется — это нужно принять. Поэтому, когда боевые действия прекратятся, нам следует выстраивать прагматичные отношения с Москвой. Однако очевидно и то, что сейчас Москва — фактор риска для безопасности всей Европы. Нельзя допускать, чтобы люди в Европе жили в страхе перед российскими диверсиями или возможным ударом (Москва не угрожает странам ЕС или НАТО — прим. ИноСМИ). Поэтому боевые действия должны завершиться, а Украине необходимо предоставить международные гарантии безопасности. Только когда вернется стабильность, Европа сможет развиваться — и Россия тоже потеряет интерес к возобновлению холодной войны на континенте.
— В последнее время Орбан пытался удерживать власть, нагнетая страхи вокруг Украины. Что теперь будет в отношениях Будапешта и Киева?
— Мы хотим поддерживать хорошие отношения со всеми соседями, в том числе потому, что в каждом из них живет венгерское меньшинство. Это касается и Украины. Мы всегда говорили, что в конфликте с Россией Украина — жертва и имеет право на территориальную целостность. [...] Сейчас мы на техническом уровне ведем переговоры с Украиной и работаем над тем, чтобы в ближайшие дни договориться о восстановлении и гарантировании прав на язык, образование и культуру 100 тысяч венгров, живущих на Украине. Сегодня нам нужно прояснить с Киевом ряд вопросов, связанных с нашим меньшинством в этой стране, и я надеюсь, что в ближайшие дни это удастся сделать. Этнические венгры сейчас не могут пользоваться родным языком при общении с властями, но если мы решим эти вопросы в обоюдных интересах, сможем открыть новую страницу.
— Вы говорите, что Украина должна получить гарантии безопасности. Какими они должны быть?
— В 1994 году уже был знаменитый Будапештский меморандум, в котором, среди прочего, США и крупные державы гарантировали Украине независимость и целостность. Но эти обещания не были выполнены, пустые лозунги мало помогают. А для Украины сейчас на кону буквально все. Люди гибнут, и возможно, что страна потеряет часть территории. Поэтому Украине необходимы подлинные, подлежащие исполнению международные гарантии.
— При этом вы, стоя рядом с федеральным канцлером, повторили, что Венгрия не отправит на Украину ни солдат, ни оружие. Разве достаточное количество оружия для самообороны не является необходимой частью будущих гарантий безопасности?
— Я не считаю, что оружие само по себе является гарантией безопасности. Гарантии безопасности может дать только международное сообщество. Венгрия не может сыграть здесь решающую роль: это дело крупных держав. Мы можем оказывать дипломатическую и гуманитарную помощь, а Венгрия могла бы стать и площадкой для переговоров.
