Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
После возвращения Трампа к власти его отношение к Китаю изменилось, пишет аналитик Хомарэ Эндо в статье для Yahoo News Japan. Теперь он предпочитает не "сдерживать" Пекин, а вести с ним диалог. Союзники США в Тихоокеанском регионе этого не заметили — и зря.
Хомарэ Эндо (遠藤誉)
Премьер-министр Санаэ Такаити вернулась из Индии. Она посетила все страны — участницы Четырехстороннего диалога по безопасности — стратегического диалога между Австралией, Индией, США и Японией по проблемам безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе (QUAD). Безусловно, QUAD, как и концепция "Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона" не являются официальными стратегиями сдерживания Китая. Само название этой концепции было изменено — первоначально ее называли "Стратегией свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона". Однако обе инициативы предполагают такое сдерживание — пусть и не в открытую.
В ноябре прошлого года Санаэ Такаити своими неосторожными высказываниями добилась значительного охлаждения отношений с Пекином. Теперь ее усилия сосредоточены на диалоге QUAD и концепции "Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона". Тем самым премьер-министр пытается противостоять Китаю.
Вот только есть проблема: президент Соединенных Штатов Дональд Трамп абсолютно равнодушен к Четырехстороннему диалогу по безопасности. С прихода к власти администрации Трампа 2.0 не было никаких попыток провести хотя бы один саммит лидеров QUAD. Правда, министры иностранных дел четырех стран встречались в мае этого года. При этом глава Белого дома восхваляет Си Цзиньпина как "мудрого, сильного и великого лидера" и даже изменил название одного из управлений Военно-морских сил. Вместо "Индо-Тихоокеанского" оно будет именоваться, как и несколько лет назад, "Тихоокеанским командованием". Индию просто вычеркнули — что говорит о смене приоритетов. Можно с уверенностью интерпретировать это следующим образом: в сердце Дональда Трампа царит лишь концепция G2 — Америки и Китая.
Индийские СМИ весьма критично оценили происходящее.
Давайте взглянем, как выстраиваются отношения Индии с соседними странами, Соединенными Штатами и Китаем после войны в Иране, а также представим, как повлияет на них концепция G2.
Индийские СМИ раскритиковали безразличие Трампа к QUAD и его "сильный интерес" к концепции G2
В преддверии визита Санаэ Такаити в Индию газета Hindustan Times, крупное индийское англоязычное издание (основано в 1924 году), опубликовала 30 июня статью под названием "QUAD не является непосредственным приоритетом Трампа". Перечислю ряд ее ключевых тезисов (дополнения в скобках сделаны мною).
- —Четырехсторонний диалог по безопасности не направлен напрямую против Китая, но его участники обеспокоены тем, что военное превосходство и агрессивная морская экспансия Пекина угрожают свободе судоходства в Индо-Тихоокеанском регионе, включая Южно-Китайское море (фактически, это контрстратегия против Китая).
- —С момента своего возвращения в Белый дом в 2025 году президент США Дональд Трамп отказывается созвать саммит лидеров QUAD. Хотя встреча министров иностранных дел "Четверки", состоявшаяся в последнюю неделю мая, придала диалогу некоторый импульс, исключение слова "Индо-" из названия Тихоокеанского командования еще больше усилило неопределенность. По всей видимости, QUAD не является для Трампа первоочередной задачей; скорее, приоритет отдается обсуждениям с Китаем (речь как раз о концепции G2).
- —Тесные отношения Вашингтона с Исламабадом после операции "Синдур" (речь об индийской военной операции на территории Пакистана в мае 2025 года), наряду с чрезмерными тарифами Трампа и дипломатическими проблемами с Индией, еще больше обострили напряженность в двусторонних отношениях внутри "Четверки". Глава Белого дома стремится к сближению с Китаем, демонстрируя снижение доверия к QUAD и смену приоритетов. За последние восемь месяцев Дональд Трамп уже дважды встретился с Си Цзиньпином, что активизировало дискуссии о концепции "Большой двойки".
- —Оба раза Дональд Трамп и Си Цзиньпин обсуждали роль Пакистана. Перед началом саммита США — Китай 30 октября в Пусане, американский президент пригласил на обед командующего ВС Пакистана фельдмаршала Асима Мунира. Соединенные Штаты сближаются с Пакистаном — явственнее, чем когда-либо за последние десятилетия. Чем-то это напоминает визит президента США Ричарда Никсона в Китай в 1972 году.
- —Аналогичным образом перед их второй встречей в Пекине 14 мая обе страны признали посредническую роль Пакистана в достижении прекращения огня и проведении прямых переговоров между Вашингтоном и Тегераном. На всем протяжении второго срока Дональда Трампа Пакистан стремится заслужить расположение США. Встреча Дональда Трампа с Си Цзиньпином не только вызвала недовольство Индии, но и заметно обеспокоила Японию, Европу и других американских союзников.
- —В течение последних двух десятилетий вовлеченность США в международные конфликты, особенно в Афганистане, Западной Азии и на Украине, постоянно создавало нагрузку на их экономику и военные запасы, ограничивая возможности страны по выполнению миссий в Индо-Тихоокеанском регионе. Япония, как член QUAD, тоже не избежала этих последствий. 21 апреля кабинет министров во главе с премьер-министром Санаэ Такаити внес поправки в действовавшие десятилетиями ограничения на экспорт, разрешив поставки летального оружия в 17 стран. В этот перечень вошли и три партнера Японии по диалогу QUAD. Это знаменует собой отход от пацифистской политики, установленной реформами 1967 и 1976 годов. Хотя такой шаг поможет Японии укрепить свою оборонную промышленность и повысить военную готовность, нельзя забывать, что это Вашингтон постоянно давил на Токио, добиваясь принятия этого решения (Дональд Трамп придерживается точки зрения о том, что "страны Восточного полушария должны защищать себя, если они этого хотят". Эта мысль изложена в новой Стратегии национальной безопасности — 2025 и соответствует концепции G2).
- —Кроме того, 16 июня Министерство обороны США без объяснения причин вернуло Индо-Тихоокеанскому командованию (USINDOPACOM) прежнее название — Тихоокеанское командование (USPACOM). Пентагон заявляет, что переименование не повлияет на группу QUAD и сотрудничество ее участников в сфере обеспечения безопасности на море. Но решение о смене наименования в 2018 году было основано на признании значимости Индии для Соединенных Штатов и их интересов в Индо-Тихоокеанском регионе. Лидер индийского Конгресса Шаши Тхарур охарактеризовал отмену решения, принятого восемь лет назад (оба были приняты во время администрации Трампа), как "еще один гвоздь в гроб Четырехстороннего диалога по безопасности". Это символическое событие вызывает беспокойство у Индии и всего Индо-Тихоокеанского региона, который зависит от США в вопросах безопасности и экономической стабильности.
- —Да, "Четверка" не умерла. Диалог еще идет. Но ее позиция по отношению к Китаю изменилась. Концепция свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона сохраняется, однако подход выглядит неясным и запутанным. Дональд Трамп дал понять, что будет уделять приоритетное внимание двусторонним переговорам и вступать в диалог с Китаем, а не бросать ему вызов — по крайней мере до тех пор, пока не найдет альтернативы.
Два лица Индии: тесные связи с Китаем и Россией и напряженные взаимоотношения с Соединенными Штатами — партнером по QUAD
Давайте теперь поговорим о том, как будут складываться взаимоотношения Индии с ее соседями — особенно после окончания американо-иранской войны.
Индия изначально находилась в крайне тесных отношениях с Советским Союзом. Даже после его распада Индия поддерживала дружественные контакты с Россией, быстро развивавшимся преемником СССР — в том числе и в военном отношении. Эти контакты Нью-Дели всегда высоко ценил. До распада Советского Союза практически все индийское оружие импортировалось именно оттуда, а это означало, что боеприпасы и запасные части тоже должны быть советского производства. Соединенные Штаты отчаянно пытались отделить Индию от постсоветской России. В результате в период с 2011 по 2015 год доля вооружений российского производства в ключевых арсеналах Индии выросла до 70%, но в период с 2021 по 2025 год она может снизиться до 40%. Таким образом, можно сказать, что у Индии есть два лица — одно, обращенное к России, и другое, демонстрирующее вежливую и холодную улыбку Западу.
При этом отношения между президентом России Владимиром Путиным и премьер-министром Индии Нарендрой Моди являются исключительными. "Медовый месяц" этих двух стран по-прежнему в самом разгаре.
После прихода Си Цзиньпина к власти в Китае, отношения с Индией укрепились. Нарендра Моди выстроил тесные отношения с Владимиром Путиным и встал на сторону Китая и России в рамках приобретающих все большее влияние Шанхайской организации сотрудничества и БРИКС.
Соединенные Штаты поняли, какая проблема встает перед ними. Активизировались попытки продать Индии оружие американского образца — надеясь таким образом вовлечь Индию в западный блок. Однако Нарендра явно не желал принимать сторону Запада.
Индия присоединилась к Четырехстороннему диалогу по безопасности и даже участвует в концепции "Свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона". Однако это участие носит лишь формальный характер. В действительности Индия не намерена вести активную деятельность вокруг сдерживания Китая в диалоге QUAD. Это и есть ее "второе лицо".
Да и есть ли в этом какой-либо смысл? Дональд Трамп демонстрирует рост приязни к Си Цзиньпину. Его привлекает концепция G2: Соединенных Штатов и Китая. Смысл существования диалога QUAD постепенно сходит на нет. Премьер-министр Австралии Энтони Альбанезе ставит во главу угла хорошие отношения с Китаем — и до тех пор, пока он остается премьер-министром, "Четверка" будет носить преимущественно символическое значение.
Война с Ираном во многом изменила облик современного мира. Пакистан, близкий союзник Китая, сблизился с Трампом. Это никак не могло порадовать Индию, известную своими напряженными отношениями с Пакистаном — которые не так давно вылились в пусть краткосрочную, но все же войну. Более того, именно Си Цзиньпин сообщил начальнику штаба пакистанской армии Асиму Муниру, что "Трамп заслуживает Нобелевской премии мира". Именно Си Цзиньпин организовал прекращение огня во время иранской войны. В этом смысле сближение Пакистана, врага Индии, с Соединенными Штатами посредством трехстороннего альянса с Китаем является решающим.
Нарендра Моди не намерен сближаться с Дональдом Трампом в рамках диалога QUAD, а сам Трамп равнодушен к "Четверке". Так что сколько бы Санаэ Такаити не пыталась сблизиться с Моди, позиционируя себя как "младшую сестренку старшего брата" — это не будет иметь ни малейшего смысла. Среди прочих стран Четырехстороннего диалога Япония стоит особняком — и находится в ожесточенном конфликте с Китаем.
Дипломатические взгляды Такаити устарели: она цепляется за стратегию сдерживания Китая, принятую еще администрацией Байдена
Начнем с того, что Дональд Трамп назвал саммит США — Китай, состоявшийся в Южной Корее 30 октября, "встречей G2" еще до того, как он фактически состоялся. Премьер-министру Санаэ Такаити уже тогда следовало обратить внимание на потепление отношений между Трампом и Си Цзиньпином. Более того, после встречи президент заявил, что "Америка станет сильнее, сотрудничая с Китаем, а не свергая его". Белый дом также сообщил о сближении Китая и США, однако Санаэ Такаити проигнорировала это и всего неделю спустя, 7 ноября, неосмотрительно высказалась по поводу кризиса на Тайване в парламенте.
Даже если не вспоминать тот досадный инцидент, повлекший за собой охлаждение отношений с Пекином, можно с полной уверенностью сказать: Санаэ Такаити выстроила себе репутацию "антикитайской" фигуры. Именно это позволило ей занять такой высокий пост. Достаточно вспомнить, как 10 декабря 2024 года она встречалась с генеральным секретарем Демократической прогрессивной партии Тайваня (ДПП) во время его визита в Японию и заявляла: "Я очень люблю Тайвань... Я хочу, чтобы ДПП (которая выступает за независимость Тайваня) сохранила власть". Однако мир сейчас живет в эпоху Трампа 2.0. Премьер-министру Японии пора отказаться от устаревших антикитайских постулатов Джо Байдена и кардинально пересмотреть курс внешней политики. Иначе резкого падения рейтингов внутри Японии не избежать.
Правительство Японии вложило в Индию колоссальные 2 триллиона иен — и это сейчас, когда народ страны страдает от последствий войны в Иране и роста налога на потребление. Но стоят ли все эти масштабные усилия свеч?
Если правительство так и не начнет учитывать глобальные перспективы в дипломатическом курсе Японии, от последствий пострадают в первую очередь простые граждане. Вот чего я действительно опасаюсь.
Об авторе
Хомарэ Эндо — директор Института изучения проблем Китая в глобальном аспекте, почетный профессор Университета Цукуба, доктор наук.
Родилась в 1941 году в Китае. Пережила Гражданскую войну между Гоминьданом и КПК. Вернулась в Японию в 1953 году. Была членом экспертного комитета Совета по науке и технологиям кабинета министров при правительстве Коидзуми. Была приглашенным научным сотрудником и профессором в Институте социологии Академии социальных наук Китая. Автор множества книг и публикаций.
