Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
В своем нынешнем состоянии НАТО не имеет ни единого шанса на поле боя, пишет Die Welt. Издание ссылается на украинских боевиков, принявших участие в учениях альянса. По их словам, мероприятие представляло собой бесконечные перерывы на кофе и совершенно не учитывало реалий современной войны.
Ибрагим Набер (Ibrahim Naber)
Украинские военные испытывают культурный шок во время учений НАТО: перерывы на кофе, зоны, в которых запрещены дроны, и перегруженные заданиями солдаты из стран Запада. Они выносят сокрушительный вердикт. Вывод из этого — необходимость радикальных реформ в бундесвере.
Когда в мае этого года фронтовики 1-го корпуса НГУ "Азов"* приняли участие в учениях НАТО в Швеции, они едва поверили своим глазам. И не только потому, что, выступая в роли противника, они за короткое время вывели из строя танки и подразделения западных вооруженных сил с помощью разведывательных БПЛА и дронов-камикадзе, а солдаты НАТО выглядели измотанными.
Украинцы были удивлены и ходом мероприятия: "Они постоянно делали перерывы на кофе — "фика", как они называли, — чтобы у войск НАТО было достаточно времени на отдых", — рассказывает солдат Алекс в беседе с WELT. Он участвует в боевых действиях в составе бригады "Любарт", которая входит в состав "Азовского корпуса".
К тому же, появилось множество предписаний, которые точно регламентируют, в каких зонах и при каких условиях запрещено использование дронов на полигоне. Для него эти дни в мирное время стали, с одной стороны, долгожданным перерывом, но с другой — культурным шоком.
Его вывод: в таком состоянии западные вооруженные силы не имели бы ни единого шанса на современном поле боя.
Спустя четыре с половиной года после начала российской военной операции на Украине в Германии все больше укореняется осознание того, что бундесверу необходимо срочно наверстать упущенное в военном плане. С начала года на полигонах украинские инструкторы, у которых есть фронтовой опыт, обучают немецких солдат. Однако для того, чтобы бундесвер и общество действительно были обороноспособны, необходимы более далеко идущие и радикальные меры.
Из опыта Украины можно извлечь пять уроков.
1. Скорость и эффективность определяют ход боевых действий с использованием беспилотников и искусственного интеллекта
"Настоящая проблема заключается в невероятной скорости, с которой меняется ход этого конфликта", — говорит Вадим Крикун, командир бригады "Любарт", в беседе с WELT. Даже спустя четыре года боевых действий украинские подразделения по-прежнему постоянно учатся друг у друга. Если одна бригада осваивает новый навык, другие сразу же пытаются его перенять. В то же время на каждую инновацию немедленно появляется контрмера. "Мы разрабатываем инструмент, а противник разрабатывает противоядие. Тот, кто останавливается на достигнутом или почивает на лаврах, сразу же отстает".
Для ускорения процесса внедрения инноваций, Украина еще весной прошлого года ввела систему бонусов для бойцов подразделений беспилотников. За каждое визуально подтвержденное попадание подразделения получают очки: как за уничтожение танка, так и за убийство российского солдата. Особенно ценно поражение операторов беспилотников противника.
Такой рейтинг приводит к созданию дополнительной конкуренции. Бригады с наибольшим количеством подтвержденных попаданий могут обменять баллы на новое оборудование через онлайн-площадку Brave1 — например, на разведывательные БПЛА, FPV-дроны или беспилотные наземные транспортные средства. "Принцип предельно прост", — говорит "Топот", командир подразделения БПЛА в составе элитного отряда "Птицы Мадьяра". "Тот, кто уничтожает больше всего ценных целей, получает больше средств и может приобретать новые системы. Чем успешнее подразделение, тем быстрее оно может развиваться".
Для Германии это означает следующее: бундесвер должен радикально ускорить закупку, испытания и внедрение новых технологий. Циклы инноваций должны осуществляться течение недель или месяцев — как на Украине. Эффективность и доказуемый результат должны стоять выше всего остального.
2. Для настоящих инноваций нужны молодые руководители
Украина показывает, что современные конфликты все в большей степени определяются программным обеспечением, анализом данных, искусственным интеллектом и дронами. Все это требует наличия руководителей, которые не просто управляют технологическими разработками, но и продвигают их вперед.
Символом такого подхода стал Михаил Федоров. 35-летний политик, который в начале года возглавил министерство обороны, а в середине июля был неожиданно уволен Зеленским, сыграл решающую роль в технологической трансформации Украины. В начале конфликта бывший министр цифровой трансформации наладил контакты с Илоном Маском и обеспечил стране доступ к спутниковому интернет-сервису Starlink — по сей день это незаменимая основа связи на передовой.
Даже при нанесении ударов глубоко в тыл России Украина использует программное обеспечение с искусственным интеллектом из США, а именно от компании Palantir. После вступления в должность Федоров сформулировал столь же амбициозную, сколь и достижимую цель: Украина намерена наносить России ежемесячные потери в размере до 50 тысяч солдат.
На фронте ответственность все чаще берут на себя молодые офицеры. 34-летний Юрий Федоренко с позывным "Ахиллес" возглавляет 429-й полк беспилотных систем, который внушает страх российской стороне. Командиру "Любарта" Крикуну тоже немногим за тридцать; столь же заметно молодые командиры управляют элитным подразделение "Птицы Мадьяра".
"Мы все пришли в ряды армии одновременно, с высокой мотивацией и с осознанием того, что нам придется работать вне рамок обычных военных правил", — говорит "Топот". Отпуск для него и многих других офицеров практически не имеет значения. "Мы не ждем, пока государство решит проблемы. Мы сами ищем решения".
Для Германии это означает следующее: чтобы добиться военных инноваций, необходимо раньше передавать ответственность молодым офицерам и экспертам в области технологий. Решающими факторами должны быть компетентность и способность к инновациям, а не только стаж службы или классические карьерные траектории.
3. Несдерживаемые спецслужбы решают исход боевых действий
С самого начала конфликта Украина получала информацию от западных спецслужб, в первую очередь от ЦРУ. В то же время украинские спецслужбы — ГУР и СБУ — также значительно расширили свои возможности.
Им удается проводить громкие диверсионные операции. В ходе операции "Паутина" в июне 2025 года украинские спецназовцы ввезли небольшие дроны глубоко на территорию России и уничтожили стратегические бомбардировщики на нескольких аэродромах. Также текущие удары по военным целям в глубоком тылу России в значительной степени осуществляются при поддержке спецслужб.
Для Германии это означает следующее: спецслужбы и бундесвер должны сотрудничать значительно более тесно. Для этого федеральной разведывательной службе Германии (БНД) необходимы современные правовые полномочия, большая оперативная свобода действий и способность совместно с вооруженными силами готовить и проводить секретные операции.
4. Мобилизация и расширение масштабов требуют подготовки
После начала конфликта на Украине пришлось за несколько недель мобилизовать сотни тысяч человек. При этом не хватало инструкторов, казарм и полигонов. Многих добровольцев поначалу вообще не могли принять. Только позже страны-партнеры, такие как Германия, оказали помощь в виде программ подготовки.
Аналогичная ситуация сложилась с оружием и боеприпасами. На протяжении многих лет Украина оставалась зависимой от поставок из западных стран — от танков Leopard до систем Patriot. Сейчас страна целенаправленно создает собственную оборонную промышленность. В частности, в сфере беспилотных летательных аппаратов и высокоточного оружия дальнего действия Украина сегодня успешно производит собственные системы.
Для Германии это означает следующее: производственные мощности нельзя создавать только в случае чрезвычайной ситуации. Учебные заведения, резервные структуры, производственные мощности и склады боеприпасов должны быть готовы к быстрой мобилизации уже в мирное время.
5. Боеготовность требует выполнения обязанностей
Мобилизация — одна из самых сложных тем в украинском обществе. Учитывая демографическое превосходство России и фронт протяженностью более 1000 километров, Киев вынужден постоянно призывать солдат. При этом снова и снова возникают конфликты между призывными органами и призывниками. "Наша армия по сути представляет собой армию гражданских лиц, — говорит командир Крикун. — Меня тоже вновь призвали после 2022 года".
На Украине в условиях многолетнего конфликта на истощение проявляются ограничения системы добровольного призыва. При этом десятки тысяч солдат продолжают сражаться по собственному убеждению.
"Мы смирились с тем, что нам придется сражаться всю жизнь. Я не уверен, что граждане других европейских стран были бы готовы к таким жертвам", — считает Крикун. ФРГ стоит перед аналогичными вызовами. Несмотря на хорошие финансовые стимулы, бундесвер до сих пор не может набрать достаточное количество добровольцев для бригады в Литве. Поэтому сейчас открыто обсуждается возможность введения обязательной службы.
Для Германии это означает следующее: обороноспособность не создается исключительно за счет дополнительных миллиардов. Она также предполагает выполнение общественных обязанностей — от введения новой воинской повинности или обязательнойслужбы до последовательного расширения резерва, гражданской обороны и убежищ. Такие страны, как Финляндия, показывают, что устойчивость возникает только тогда, когда государство и общество десятилетиями совместно принимают меры предосторожности.
*признан террористической организацией, его деятельность запрещена на территории России
