Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Трамп возвращает себе симпатию Путина, подпитывая его надежды на мирное решение украинского вопроса на приемлемых для России условиях, пишет GN. Реальная же цель у него совсем другая. Вашингтон пугает два аспекта, реализация которых сильно ударит по США. И цель Трампа — не допустить этого.
Недавно Лавров сказал — я перефразирую, — что "Запад просчитался", говоря о том, способе, который он выбрал для обеспечения своего мирового доминирования. Прав ли он, покажет время, но и я в этом не очень уверен, по крайней мере если говорить о Соединенных Штатах Америки.
У Владимира Зеленского есть один, очень страшный для западных интересов, козырь в рукаве, который он никогда публично не упоминал. В случае невыносимого давления на него со стороны Запада Зеленский может достигнуть билатеральных договоренностей с Путиным об окончании конфликта, ведь и военные действия идут между Украиной и Россией, и именно они должны закончить их тем или иным образом. Кстати, однажды они уже показали это в Стамбуле, хотя из-за вмешательства Запада закончилось все тогда ничем.
Хочет ли Дональд Трамп возобновить переговорный процесс с Путиным по Украине только ради того, чтобы ограничить растущее желание Москвы оказать военную помощь Ирану? В условиях, когда война с Тегераном продолжается, Вашингтон это пугает.
Недавно в мире глобальной геополитики произошли три важных события: возобновление переговорного процесса, связанного с украинским вооруженным конфликтом, при посредничестве Соединенных Штатов Америки; возобновление противоборства США и Ирана, за которым последовало очередное региональное обострение обстановки, а оно, в свою очередь, повлекло энергетические последствия для Европы; и, наконец, выборы в немецкой земле Саксония-Анхальт, победу на которых одержала партия "Альтернатива для Германии", а это может повлечь далеко идущие последствия не только для Германии. Все эти события тесно связаны, но сегодня мы поговорим исключительно об Украине. И на то есть свои причины.
Украинский вооруженный конфликт — идеальная арена для сведения геополитических счетов, и его конечный результат окажет судьбоносное влияние на мир. Вот уже пятый год на Украине Запад борется с Востоком, и в этой борьбе в разной форме и мере участвуют четыре ядерных державы, одна из которых вовлечена непосредственно — Россия. Это подтверждает, насколько высоки ставки и риски в этой невиданной "игре", и никто не знает, чем она закончится. Возможно все, начиная с компромиссного договора и заканчивая тотальным хаосом. (Все будет зависеть от степени эскалации, то есть нарушения "красных линий" друг друга и терпимого к тому отношения.)
Недавно российский министр иностранных дел Сергей Лавров, говоря об украинском вооруженном конфликте и всех тех негативных вещах, которые происходили в последние годы вокруг него, сказал — я перефразирую, — что "Запад просчитался". Лавров таким образом охарактеризовал тот способ, который Запад выбрал для обеспечения своего мирового доминирования. Прав ли он, покажет время (я и сам в этом не очень уверен, по крайней мере если говорить о Соединенных Штатах Америки, которые по-прежнему обладают самой большой военной мощью, экономическим влиянием и решимостью). Однако само это заявление указывает на суть проблемы. Начавшиеся геополитические процессы, особенно военного характера, имеют только одну цель — упорядочивание мира так, чтобы победитель обеспечил себе долгосрочное (на этот раз, возможно, и вечное, ведь современные технологии всеобщего надзора это позволяют) мировое доминирование во всех сферах: технологической, экономической и военной.
Печальная судьба
Именно в этом контексте стоит рассматривать украинский вооруженный конфликт, который затрагивает не только судьбу Украины и ее народа. Ведь эта страна очень скоро после начала конфликта превратилась в настоящий военный полигон для сведения счетов между мировыми державами, где они испытывают новое оружие, развивают новые военные технологии, включая ИИ и оборудование для его применения в войнах будущего. Будущего, которое на самом деле уже началось. Обратной дороги уже нет и быть не может.
Поэтому судьба Украины очень печальна. Это осознают и сами украинцы, которые, будучи политически развитым народом, давно поняли, что они только инструмент в руках больших игроков, а может, и разменная монета (и до такого может в итоге дойти дело). Украина уже потеряла значительную часть населения, и наблюдаются негативные тенденции к дальнейшему ухудшению ситуации. Молодое поколение сегодня преимущественно не видит перспектив для нормальной жизни в стране после конфликта (стабильное рабочее место и доход достаточный для создания семьи) и намерено искать счастья в западных странах. Промышленность почти уничтожена, а власть в Киеве ставит все на помощь западных партнеров и интересуется исключительно разработкой и производством современных типов вооружений, испытывать которые можно в реальных боевых условиях.
С другой стороны, западные лидеры больше не собираются принимать Украину в НАТО, и это вопрос решенный (сейчас такого мнения придерживаются все ключевые западные страны во главе с США, которые исходят из того факта, что это "железобетонное" условие Москвы, об изменении которого Запад с ней никогда не договорится). А ведь задолго до начала вооруженного конфликта Киев внес изменения в свою конституцию, сделав вступление в НАТО своей стратегической целью. Тут стоит напомнить, что в момент выхода из состава СССР Украина официально подписала декларацию, согласившись со своим ядерным и внеблоковым статусом, а также с "дружественными и братскими отношениями" с Россией и другим государствами, образовавшимися после распада СССР. Именно на этот документ как на юридически обязывающей сегодня ссылается российское руководство, когда противится членству Украины в НАТО (без него РФ не согласилась бы дать Украине независимость, как отмечает Москва). Не будь этого договора, не было бы и никаких юридических оснований мешать суверенной стране вступать в военные или политические союзы с тем, с кем она хочет. Но, с другой стороны, всегда есть и другая сторона медали, и мировые державы могут игнорировать и право, и правду, когда речь идет об их национальных интересах. Поэтому нетрудно представить, какой бы была реакция США на гипотетическое желание Мексики или Канады войти в военный союз под руководством Китая или России, даже если бы для этого существовали бы какие-то правовые основания.
Более того, Украину сейчас не хотят (по крайней мере быстро) принимать и в Европейский союз, несмотря на начатый переговорный процесс. Так что и на этом направлении Киев может постигнуть та же участь, что и в истории с НАТО. Сейчас среди ведущих стран-членов Европейского союза преобладает мнение о том, что для Украины нужно создать некую особую и прежде не опробованную модель, которая позволила бы принять ее, но не делать полноправным членом ЕС, то есть лишить ее права участвовать в принятии решений и так далее. (Я даже не удивлюсь, если недавнее предложение Урсулы фон дер Ляйен Канаде стать первым "ассоциированным членом" ЕС — это первый "пробный шар" или увертюра для того, что хотят провернуть с Украиной, так как эта модель уже не была бы беспрецедентной и вызывать разногласия внутри ЕС.) Однако Киев и Владимир Зеленский до недавнего времени категорически отвергали такой вариант для Украины, заявляя, что украинцы гибнут и за европейские интересы тоже, и поэтому полноправное членство их страны в ЕС — условие, от которого они не отступятся.
Однако, объективно говоря, у Киева мало возможностей повлиять на западные интересы, если вообще есть. (Украина полностью зависит от западной помощи, и она еще возрастет, когда степень разрушений в стране увеличится.)
Судя по текущим тенденциям в структурах Европейского союза и среди ее лидирующих членов, Украине еще долго не видать полноправного членства в ЕС, если она его вообще когда-нибудь дождется. На самом деле Украина, какая она есть: большая по территории, с разоренной инфраструктурой и экономикой, да еще и милитаризованная, мало кому нужна в ЕС. Более того! Польша и другие сельхозпроизводители со всего ЕС уже давно боятся дешевой украинской сельскохозяйственной продукции. Самые же развитые страны Европейского союза боятся быстрого и массового переселения украинцев в их города, как только падут пограничные барьеры и визовые ограничения (западные работники боятся, что из-за этого снова снизятся заработные платы). Кроме того, в ЕС могут хлынуть радикальные элементы и организованная преступность. Добавлю, что, например, у Польши есть свои дополнительные, эгоистичные, причины выступать против вступления Украины в ЕС. Ведь Польша сейчас пользуется статусом ключевого форпоста ЕС и НАТО по отношению к России и, следовательно, получает значительные средства из европейских фондов, которые после вступления Украины будут перенаправлены ей, поскольку уже Украина станет форпостом по отношению к России. В последнее время активизировались переговоры между Вашингтоном и Варшавой о создании постоянной американской военной базы на польской территории, что, вероятно, подтвердит этот статус в долгосрочной перспективе.
ЕС предпочитает финансировать Украину как зарубежное государство
Поэтому ввиду собственных внутренних причин (общего и индивидуального характера) Европейский союз предпочитает финансировать и оборону, и госбюджет Украины, что для него дешевле, чем ускоренное вступление этой страны в качестве полноправного члена, о котором в прошлом году просил Дональд Трамп. (Он таким образом, вероятно, хотел надавить на ЕС, чтобы он согласился делать то, чем занимается сейчас — финансировать Украину и покупать для нее американское оружие.) Тут есть и еще один важный элемент, о котором мало говорят. Речь о государственной границе. Для членства в НАТО, как и, несомненно, в ЕС, обязательное условие (это совершенно логично) — закрепленные правовым образом границы с соседями, так как в противном случае новый член может злоупотребить своим членством. У Украины таких границ нет, и с таким соседом (ядерной державой) их, пожалуй, никогда и не будет, поскольку трудно поверить, чтобы какая-нибудь власть в Киеве признала российскими отошедшие ей территории.
Таким образом, Европа сейчас финансирует и снабжает оружием Украину (в основном американским на свои деньги в соответствии с программой PURL) в надежде, что ей как-то удастся переломить вооруженный конфликт в свою пользу, а значит, и в пользу Европы. Тогда было бы намного проще регулировать и все остальное, начиная с восстановления Украины и заканчивая ее будущим политическим и военным статусом в западных структурах. Но в данный момент до этого еще так далеко, да и вообще большой вопрос, верит ли еще кто-нибудь в сценарий украинской военной победы на самом Западе?
Зато, не боясь ошибиться, я готов заявить, что украинцы нужны западным силам и что им и дальше будут оказывать всевозможную военную и финансовую помощь, пока они смогут воевать на фронте. А потом финансовые потоки начнут пересыхать. Ведь никто не дает своих денег другому просто "за красивые глаза". И за кредитами, и за помощью, как правило, стоят интересы тех, кто их дает. Так было и будет всегда.
Украинские надежды
В этом отношении Киев надеется, что Украина, какой бы ни была в итоге ее территория, в долгосрочной перспективе останется (или станет) западным военным форпостом, призванным сдерживать Россию (пусть даже без формального членства в НАТО). Это превратило бы страну в своего рода дикобраза: она была бы напичкана западным оружием, а также подготовленными и оснащенными войсками, которые стали бы определенным валом от возможных будущих агрессивных военных кампаний России в Европе. Все это также обеспечило бы Украине экономическую стабильность (потому что никто не будет стоять на страже голодным). В то же время Киев делает акцент на производство оружия на Украине совместно с западным военно-промышленным комплексом, который с интересом изучает опыт украинской армии, полученный в реальных условиях боевых действий (как уже обсуждалось выше).
Такая перспектива, конечно, устроила бы Украину (вероятно, к этой концепции приложил руку и сам Запад), как и ключевых западных стратегов. Но им важно не только то, что новая Украина могла бы сдерживать новые военные кампании РФ агрессивной природы, но и то, что Украина с сильной армией и антироссийской мотивацией представляла бы постоянную угрозу для безопасности РФ, из-за чего Москве пришлось бы направить большую часть своих военных сил на границу с Украиной и странами НАТО вообще. Это бы помешало проецировать российскую мощь в остальных частях мира, где сталкиваются интересы главных геополитических сил.
Мы видим это уже сейчас, когда американский президент Дональд Трамп правильно просчитал, что Россия не станет (а с ней и Китай) военными средствами вмешиваться в свержение американцами ее главного латиноамериканского союзника Николаса Мадуро в Венесуэле в начале января текущего года, а также в конфликт с Ираном. (Другое дело, что Дональд Трамп, совершенно неважно по какой причине, недооценил возможности иранского сопротивления в "идеально" продуманной американо-израильской военной кампании, которая за 24 часа должна была обезглавить Тегеран, а в последующие дни уничтожить верхушку иранских сухопутных и морских сил, а также значительную часть стратегически важной инфраструктуры страны: НПЗ, мосты, ТЭЦ.)
Но все эти стратегии, планы и надежды очень скоро могут пойти прахом и превратиться в мертвое слово на бумаге, если Россия решит оказать сопротивление, которому Украина не сможет, и Запад не захочет сопротивляться, пока военный конфликт ограничивается территорией Украины.
Россия "сменила пластинку"?
Похоже, Россия уже начала воевать так, как от Владимира Путина на протяжении четырех лет требовали российские граждане. Но это не было его первоначальной целью, и он был вынужден таким образом реагировать на действия Киева, который в этом году развернул кампанию с применением дронов большой дальности и бьет по российскому тылу, из-за чего уже не осталось ни одного российского региона, которому бы не угрожали эти украинские удары.
Судя по всему, Владимир Путин сейчас окончательно отбросил иллюзии насчет помощи Трампа в завершении вооруженного конфликта на условиях, которые Путин мог бы преподнести россиянам как удовлетворительный результат. Москва сейчас откровенно говорит о том, что ясно поняла — своих политических целей, ради которых она начала СВО, она может добиться на поле боя, то есть благодаря военным успехам. Именно так она намерена склонить Запад к серьезному участию в мирных переговорах, на которых должны учитываться российские национальные интересы.
Тут стоит отметить, что Киев и Запад говорят то же самое, но о себе: украинские удары по российскому тылу должны заставить Россию сесть за стол переговоров и начать серьезный разговор (под этим подразумевается ее согласие с условиями Запада).
Вот так сложилась патовая ситуация, и в военном смысле на первый план сейчас вышли БПЛА и ракеты, и их цель — измотать противника, сломить его волю к продолжению конфликта (слишком большие потери, которые в случае продолжения могут неконтролируемо вылиться в обострение обстановки внутри страны, массовые протесты граждан и крах системы).
Очередная смена нарратива и заявление Зеленского о "закрытии неба над Россией"
Однако сейчас в средствах массовой информации (западных СМИ мейнстрима) преобладает нарратив о том, что Россия наносит Украине гораздо больший материальный ущерб, используя гораздо больше смертоносного оружия (модернизированные беспилотники "Герань-4" и "Герань-5", крылатые и баллистические ракеты, разрушительные авиабомбы КАБ), в результате чего разрушается украинская экспортная инфраструктура (черноморские и дунайские порты), украинские промышленные объекты и торговля (логистические центры). При этом Россия научилась быстро производить баллистические ракеты, с которыми трудно бороться даже при наличии современных средств ПВО. Часто отмечают, что Украина остро нуждается в зенитных ракетах (перехватчиках) для американских систем Patritot и т. д.
Тут важно напомнить, что в начале июля Владимир Зеленский объявил о 40-дневной кампании интенсивных ударов БПЛА по российскому тылу, которая должна была заставить Путина начать переговоры. Как известно, срок истек в середине августа, но Путин не отступил, а развернул вышеописанные невиданные прежде российские авиаудары и недавно заявил, что Владимир Зеленский "открыл ящик Пандоры", от последствий чего и страдает.
Напоминаю также, что 1 сентября, после истечения 40-дневного срока, Зеленский в ночном телеобращении к украинской общественности анонсировал новые атаки украинских беспилотников над российскими аэропортами и поставил цель полностью парализовать внутреннее и международное гражданское воздушное сообщение. Также он публично предупредил международные компании, летающие в Россию, не делать этого, поскольку их самолеты могут быть случайно сбиты, учитывая, что российское воздушное пространство становится "крайне небезопасным".
Вскоре Москва ответила, что это заявление является лучшим подтверждением "террористического характера киевского режима" и что, если угрозы будут реализованы, Россия даст жесточайший ответ.
Впоследствии Зеленский повторил свое заявление о планах "закрыть небо" над Россией, но видимого влияния на работу российских аэропортов это не оказало. Там, как и прежде, лишь изредка останавливают работу из-за атак беспилотников, которые продолжаются уже целый год — и не чаще, чем раньше. Более того! Практически все зарубежные авиакомпании проигнорировали призывы Зеленского остановить полеты.
Таким образом, Киев либо еще не приступил к реализации объявленного Зеленским плана, либо приступил, но так и не смог ничего добиться. Я убежден в первом варианте, учитывая возможные последствия не только для Украины, но и для Европы. Ведь после предупреждения Зеленского вина за потенциальные трагедии в гражданской авиации немедленно была бы возложена на украинцев. Тогда Москва сможет не только усилить атаки на Украину, но и эскалировать войну против тех в Европе, кто поставляет Украине беспилотники и открыто этим хвастается, а это, например, Великобритания и Германия.
На самом деле все понимают, что после "закрытия неба над Россией" Москва поставила бы Европе ультиматум, но не угрозами, как недавно сделал немецкий канцлер Фридрих Мерц, который обвинил Россию в инциденте с дроном в Лейпциге и поэтому закрыл Русский дом в Берлине и Генеральное консульство в Бонне.
Уиткофф и Кушнер ездили напрасно
Возможно ли, чтобы Владимир Зеленский отказался от анонсированного плана из-за визита в Москву и Киев эмиссаров Трампа Уиткоффа и Кушнера? Возможно. Но они вернулись домой уже давно, а ударов роями дронов (с применением ИИ) по российским аэропортам все еще не было. В общем, как я думаю, цели Владимира Зеленского носили пропагандистский характер, то есть он хотел убедить украинских граждан в том, что украинской армии есть чем ответить, если Россия продолжит разрушать их страну, особенно энергетический сектор накануне зимы. А Москва анонсировала такие планы.
Однако россияне вряд ли откажутся от объявленной зимней кампании, и эта зима, по мнению многих украинских, российских и западных аналитиков, может стать самой сложной для Украины с начала конфликта.
Что касается переговоров между посланниками Трампа и Путиным в Кремле, то от них трудно было ожидать чего-либо позитивного. При всей обходительности они не привезли никаких новых предложений ни в Москву, ни в Киев, а скорее приехали показать, что Трамп не забыл про этот конфликт, несмотря на войну с Ираном.
Российские аналитики близкие к Кремлю считают крайне маловероятным, чтобы Трамп накануне предварительных выборов в Конгресс в начале ноября начал снова давить на Киев ради принятия мирного плана, который включал бы вывод украинских войск из Донбасса. А это по-прежнему ключевое требование Москвы для начала переговоров, и она не собирается отступать от него. Если бы Дональд Трамп хотел, ему было проще сделать это еще в прошлом году, когда у него не было ни выборов, ни крайне непопулярной войны с Ираном.
Однако, как уже упоминалось выше, Россия значительно повысила эффективность своих авиаударов, что вынуждает Киев в спешке искать перехватчики, которых все меньше и у США, ведь они применяются в войне на Ближнем Востоке, а кроме того, Вашингтон обязан поддерживать минимально необходимые резервы на случай возможных новых войн. Это, в свою очередь, усиливает беспокойство Украины по поводу обеспечения городов электроэнергией, отоплением, горячей водой и продовольствием в предстоящую зиму. Поэтому и сами украинцы, не исключено, хотят мира, пусть даже с уступками. При этом стремление к продолжению конфликта до победы выглядит все менее убедительным на фоне многочисленных коррупционных скандалов в Киеве, сотрясающих политическую арену страны.
Ключевую роль тут могла бы сыграть Европа. Пока она настаивает на продолжении помощи Украине до ее победы, все новые инициативы Трампа (если они у него вообще есть) бессмысленны. Но если бы Европа надавила на Киев, чтобы он принял план Дональда Трампа, то сопротивление Владимира Зеленского и его команды было бы практически немедленно сломлено.
Правда, у Владимира Зеленского есть один, очень страшный для западных интересов, козырь в рукаве, который он никогда публично не упоминал, но которым мог бы воспользоваться в крайнем случае. В случае невыносимого давления на него со стороны Запада Зеленский может достигнуть билатеральных договоренностей с Путиным об окончании конфликта, ведь он идет между Украиной и Россией, и именно они должны закончить его тем или иным образом. (Контакты на уровне разведки между Украиной и Россией до сих пор сохраняются, что подтверждают договоры об обмене пленными и телами погибших.) При таком раскладе Путин мог бы получить даже большие уступки, чем на переговорах при посредничестве Дональда Трампа. Западу с его интересами это невыгодно, если вспомнить, какую роль он уготовал Украине в будущем (об этом я писал выше). Не следует забывать, что в своей предвыборной кампании Зеленский выступал за мирное решение проблемы пророссийских сепаратистов на Донбассе. Кроме того, в мае 2022 года на переговорах в Стамбуле российская делегация поддержала предложение Киева о прекращении конфликта, которое, среди прочего, предполагало военно-нейтральный статус Украины после завершения СВО. Переговоры были прекращены из-за вмешательства тогдашнего премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона (несомненно, по соглашению с администрацией Байдена). Если бы Зеленский пошел на такой радикальный шаг, он, несомненно, заручился бы поддержкой значительной части украинской общественности, которая уже устала от войны, и свою роль, безусловно, сыграли бы средства массовой информации, полностью контролируемые нынешним правительством.
Сейчас Европа не демонстрирует намерений отказаться от своей политики и роли в украинском конфликте. Однако нельзя отрицать, что в Европе все больше опасаются неминуемой войны с Россией, и худшим сценарием для Европы может стать то, что из-за своего упорства она окажется загнана в угол, то есть ей придется выбирать между двумя вариантами в случае ультиматума со стороны Москвы: либо прекратить финансовую и военную поддержку Киева, а значит, прекратить и удары по российскому тылу, либо вступить в открытую войну против России. О ней Сергей Лавров в интервью Первому каналу на прошлой неделе сказал, повторив слова Путина, что это будет совсем другая война, не такая, как на Украине, и что она "продлится очень недолго" (он явно намекнул на применение ядерного оружия).
В заключение: Трамп боится российской помощи Ирану
За всем этим пристально следят в европейских столицах, где уже поняли — полагаться на решимость Трампа обеспечить защиту или участвовать в войне с Россией, если она начнет ее с Европой, крайне рискованно.
Поэтому новый план Трампа (если он существует), который подразумевает относительно меньшие уступки России по сравнению с ее первоначальными требованиями, сохранение независимости Украины с гарантиями безопасности США и восстановление отношений России с Западом, что де-факто автоматически устраняет опасность взаимной войны, можно рассматривать как прекрасную возможность для Европы выйти из крайне неудобного положения, в котором она оказалась.
Но есть еще кое-что, на что в последнее время указывают российские аналитики. Они с высокой степенью уверенности предполагают, что Трамп вообще не собирался заканчивать конфликт, который приносит США приличные дивиденды: европейцы закупают американское оружие для Украины, истощает важного американского военного соперника и ограничивает его возможности проецировать военное и геополитическое влияние в мире.
Более того, они отмечают, что, отправляя своих эмиссаров в Москву, Дональд Трамп возвращает себе симпатию Путина, подпитывая его надежды на мирное решение на приемлемых для России условиях. Реальная же цель Трампа совсем другая — пресечь растущее желание Москвы оказать всестороннюю военную помощь Ирану. В условия, когда война с Тегераном продолжается, Вашингтон это пугает.
Последний тезис российских аналитиков близких к Кремлю (а это значит, что он, безусловно, принимает их мнение во внимание) основан, среди прочего, на одном высказывании переговорщиков Трампа, в том числе Госсекретаря Марко Рубио, о том, что Трамп хочет закончить конфликт на Украине к концу своего срока, то есть за два с половиной года. Это огромная разница по сравнению с 24 часами, о которых он говорил перед вступлением в должность. Но у Путин вряд ли будет столько времени ждать, особенно если украинские атаки вглубь России усилятся (некоторые европейские страны недавно объявили о новой военной помощи Киеву ради этого; так, Германия отправит новые ракеты Patriot, Великобритания — 90 000 беспилотников к концу года).
Другими словами, для завершения украинского конфликта есть много вариантов, но ни один не гарантирован. Сейчас точно известно только то, что конфликт продолжится до конца текущего года, а вероятно, будет продолжаться и в следующем.
Об эскалации и угрозах, которые из этого следуют, стороны, по-видимому, будут думать "по ходу дела", и это катастрофа. Ведь если эскалация начнется, туго придется всем, а кое-кто и просто уже не оправится.
