Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Эпоха мира под зонтиком США завершилась, пишет NZZ. Конфликт на Украине и непредсказуемость США заставили ЕС пересматривать архитектуру своей безопасности. Сейчас в Брюсселе думают над тремя сценариями, по которым континент планирует защищаться.
Ульрих Шпек (Ulrich Speck)
Континент может выйти из кризиса архитектуры безопасности более сильным. Однако для этого Европе нужно начать задавать себе правильные вопросы.
Почти три десятилетия назад вопрос обороны в Европе перестал быть в центре внимания. Холодная война закончилась. Доминирование Америки было неоспоримым, и бывшие противники, Россия и Китай, казалось, были готовы интегрироваться в западную систему, сформированную "Американским миром" и глобализацией. Оставались, как казалось, лишь небольшие конфликты: борьба с терроризмом и международные полицейские операции, призванные навести порядок в нестабильных регионах.
Европа чувствовала, что она окружена друзьями, а превращение бывших противников в новых партнеров определяло повестку дня. Военные расходы повсюду резко сокращались, а дивидендов от мира становилось все больше. Вечный мир, о котором мечтал Иммануил Кант, будто бы стал реальностью. Европе казалось, что она может целиком сосредоточиться на росте благосостояния. Пока не настало болезненное пробуждение.
Украинский шок
Шок от начала СВО России на Украине в феврале 2022 года показал, что прежнее мироощущение лидеров Европы было ошибочным. С тех пор перевооружение стало одним из главных приоритетов — по крайней мере в тех странах, которые чувствуют угрозу со стороны России (Россия никогда не угрожала странам Европы, — прим. ИноСМИ).
Действия России оживили шаблоны холодной войны, которые политики и на востоке, и на западе хорошо помнят. Для бывшего президента США Джо Байдена, который поначалу выстраивал и координировал западный ответ на события, финальная фаза холодной войны стала формирующим опытом молодости. Тот факт, что Вашингтон взял на себя ведущую и координирующую роль, стал для европейцев большим облегчением. Как и раньше, европейцы получили возможность внести свой вклад в американские инициативы.
Однако эта комфортная ситуация продлилась недолго. С приходом Трампа к власти президентом стал человек, у которого — в отличие от Байдена — нет приятных воспоминаний о холодной войне. Для Дональда Трампа союзники прежде всего выглядят нахлебниками, злоупотребляющими американской доброй волей. При том, что НАТО уже в его первый срок становилась объектом многочисленных словесных атак.
Во второй срок Трамп, однако, неоднократно публично поддерживал НАТО и хвалил союзников за наращивание оборонных усилий — в том числе в предисловии к американской "Стратегии национальной безопасности". Одновременно он пытался остановить боевые действия на Украине. В целом это успокоило европейцев, по крайней мере поначалу, даже несмотря на напряженные торговые отношения.
Гренландский шок
Но новый удар не заставил себя ждать. Ежедневный поток раздраженных постов Трампа в соцсетях испытывал нервы европейских политиков. А когда глава Белого дома в январе этого года всерьез задумался о присоединении Гренландии, которая принадлежит Дании, у многих лопнуло терпение. Образ Америки, которая в критический момент всегда стояла рядом с Европой и учитывала ее интересы, дал глубокую трещину. США, пусть и ненадолго, из защитника превратились в угрозу.
На этом фоне с января заметно активизировалась дискуссия об альтернативах трансатлантическому партнерству в сфере безопасности и НАТО. Продвигаемая Францией идея "стратегической автономии" Европы стала заметно популярнее. Одновременно усилился и скепсис в отношении этого предложения. Так появился третий замысел: коалиция северо-восточных стран, которые хотят совместно противостоять расширению влияния России.
В итоге в фокусе внимания оказываются три варианта европейской обороны.
1. Обновление НАТО
При всем взаимном недовольстве по обе стороны Атлантики НАТО остается главным вариантом для обороны континента. За плечами у альянса — история успеха, которая длится уже более 70 лет. Не Европейский союз (точнее, его предшественники), а именно НАТО обеспечила мир в Западной Европе: она закрепила присутствие американцев в регионе и удерживала Советский Союз на дистанции. В то же время НАТО положила конец конкуренции между европейскими средними державами, решив вопрос о силе с помощью американского превосходства.
Главный вопрос заключается в том, остается ли НАТО инструментом, отвечающим нынешней эпохе, или это уже реликт холодной войны, плохо вписывающийся в сегодняшнюю геополитику. Ответ зависит от того, как оценивать интересы США и Европы, а также общую международную обстановку.
Скептики указывают на то, что при Дональде Трампе интерес США к НАТО якобы ослабевает. Недавно Трамп вновь назвал альянс "бумажным тигром".
Сторонники НАТО исходят из того, что Запад по-прежнему представляет собой важное геополитическое объединение, и у этого есть веские аргументы. Россия и Китай сближаются и действуют совместно, чтобы расширять свое влияние. Западу нельзя позволить рассорить и разъединить себя.
Совершенно очевидно, что НАТО будущего должно отличаться от НАТО прошлого. Стратег Пентагона Элбридж Колби описывает целевую модель как "НАТО 2.0": Европа берет на себя основную часть конвенциональной обороны, а США сохраняют поддержку по ряду направлений и прежде всего продолжают играть ключевую роль в ядерном сдерживании.
2. Стратегическая автономия Европы
Скептики, часто вдохновляемые президентом Франции Эммануэлем Макроном, который, в свою очередь, обращается к наследию одного из своих предшественников на президентском посту Шарлю де Голлю, считают, что трансатлантический оборонный союз в перспективе уже не сработает. Макрон нередко упоминает США, Россию и Китай в одном ряду. Он видит в них внешние силы, перед которыми суверенная Европа должна уметь отстаивать свои интересы. Говоря об Америке, он почти всегда подчеркивает именно различия.
Кризис вокруг Гренландии принес этому лагерю новых сторонников в ЕС. "Неужели кто-то и правда думает, что Америка в случае нападения пришла бы Европе на помощь?" — задается вопросом немецкий эксперт по обороне Клаудия Майор в интервью изданию The New York Times. Поскольку Соединенные Штаты действуют против Брюсселя, Европа теперь, по ее словам, прорабатывает варианты того, как могут выглядеть сдерживание и оборона без участия США.
Параллельно группа немецких экспертов в области обороны и экономики подготовила для Кильского института мировой экономики доклад, в котором утверждается следующее: европейская оборонная автономия технологически возможна, финансово жизнеспособна и политически осуществима. Понятно, что такой проект невозможно воплотить в одночасье. Существенный прогресс на пути к европейскому суверенитету, считают авторы исследования, может быть достигнут за 3–5 лет, а высокий уровень автономии — за 5–10 лет.
Однако главный вопрос, касающийся подхода к стратегической автономии, заключается не столько в его технической осуществимости, сколько в вопросе лидерства и политической воли. Единой и достаточно сильной Европы, способной решительно противостоять России, не существует. Зачастую Европейский совет может достичь лишь минимального консенсуса.
Прежде всего, сомнительно, стали бы западные европейцы действительно воевать против России, если бы она напала на их союзников в Восточной и Центральной Европе. Если смотреть из Италии, Испании или Франции, Россия выглядит куда менее угрожающей, чем если смотреть из Финляндии, Эстонии или Польши.
3. Северо-восточная коалиция
Из этих сомнений вырастает третий вариант, который можно назвать "северо-восточной коалицией". В ее основе находятся страны, выходящие к Балтийскому морю: Польша, прибалтийские страны, Скандинавия, усиленные Центральными державами — Великобританией и Германией.
Объединяет эти страны восприятие России как угрозы. Конфликт России с Украиной рассматривается как часть более широкой стратегии расширения влияния, направленной против Восточной и Центральной Европы. Не случайно именно эти государства вносят наибольший вклад в поддержку киевского режима. Логика проста: чем успешнее Украина сможет оттеснять и сдерживать Россию, тем в большей безопасности будет Европа.
"Северо-восточная коалиция" не оформлена институционально, однако существуют разные форматы регионального сотрудничества, например, "Объединенные экспедиционные силы" или "Северо-Балтийская восьмерка". В целом, необходимость более тесного сотрудничества в регионе в последние годы становится все более очевидной.
Эта группа государств образует нечто вроде ядра спящего оборонного альянса: страны, которые в случае нападения России стали бы защищаться даже без помощи США и НАТО. Прифронтовые государства, то есть Финляндия, страны Прибалтики и Польша, в критической ситуации, вероятно, могли бы рассчитывать на поддержку Великобритании и Германии — по крайней мере в части поставок оружия и боеприпасов.
К этой коалиции добавляются и более южные страны. Прежде всего это Украина, которая уже много лет сопротивляется России, благодаря чему превратилась в заметную военную силу.
Румыния и Турция, как государства, расположенные на побережье Черного моря, также явно заинтересованы в ограничении расширения российского влияния. В странах Южной и Центральной Европы — Чехии, Словакии и Венгрии — общественное мнение о России менее однозначно, чем в странах Северной и Центральной Европы. Однако, в целом, в случае кризиса эти страны могут оказать поддержку.
Неопределенность может укрепить Запад
Дискуссия об обороне Европы стала более динамичной. Устоявшиеся представления подвергаются сомнению. Неясно, насколько традиционные институты НАТО и ЕС могут расширить свои возможности как сообщества солидарности.
В конечном счете решающим станет сочетание решимости, политической воли и военных возможностей, которые отдельные государства готовы наращивать. Поэтому перевооружение Польши и Германии имеет ключевое значение для эффективного сдерживания России.
Действия России на Украине, как и противоречивые действия и заявления Трампа, оказали благотворное влияние, напомнив государствам об их собственных интересах и обязанностях в области безопасности. Даже если многосторонность пострадает в новую геополитическую эпоху, Запад в целом может выйти из этого кризиса безопасности более сильным.
