Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Президент США Дональд Трамп выступил на Всемирном экономическом форуме в швейцарском Давосе. Он хвалился американской экономикой, ругал внутриполитических соперников, сыпал угрозами против Дании и союзников и повторил старую историю с покупкой Гренландии.
Как приятно снова вернуться в чудесный Давос. Столько уважаемых деловых людей, очень много друзей, совсем немного врагов. Столько уважаемых гостей! Я бы сказал, здесь собрались все сливки общества.
В этом году я прибыл на Всемирный экономический форум с поистине феноменальными новостями из Америки. Вчера исполнился год со дня моей инаугурации, и сегодня, спустя 12 месяцев после моего возвращения в Белый дом, наша экономика переживает бум. Стремительно ускоряется экономический рост. Растет производительность. Стремительно растут инвестиции. Растут доходы. Инфляция побеждена. Граница, еще недавно дырявая и проницаемая, теперь практически неприступна.
США переживают самый быстрый и резкий экономический подъем в истории нашей страны. При администрации Байдена Америку охватил кошмар стагфляции — низкие темпы роста и застой — которая ведет к нищете, огорчениям и упадку.
Но сегодня, после всего года моей политики, мы видим нечто прямо противоположное. Практически полное отсутствие инфляции и необычайно высокий экономический рост. Такого роста — и вы сами в этом скоро убедитесь — наша страна никогда раньше не видела. А, может, не видел и целый мир.
За последние три месяца базовая инфляция составила всего 1,6%. Между тем, рост в четвертом квартале, по прогнозам, составит 5,4% — и это намного больше всех прогнозов, кроме моих и еще нескольких человек. После моего вступления в должность фондовый рынок установил целых 52 невиданных рекорда.
Итого за один год: 52 рекорда, при этом пенсионные счета и сбережения выросли на 9 триллионов долларов. Дела у народа в полном порядке. Люди мной довольны. С момента моей инаугурации более 1,2 миллиона человек перестали получать продовольственные талоны. Байден за четыре года не привлек в нашу страну и триллиона новых инвестиций. Подумайте только, всего триллион — а, точнее, значительно меньше.
Мы же за четыре года добились обязательств по инвестициям на рекордные 18 триллионов долларов. И мы полагаем, что, когда будут опубликованы окончательные цифры, они приблизятся к 20 триллионам долларов. Такого не добивалась ни одна страна за всю историю. Такого даже близко ни у кого нет.
Всего год назад, при радикальных левых демократах, наша страна была мертва. Зато сейчас мы — самая горячая страна в мире.
На самом деле экономика США растет вдвое быстрее, чем прогнозировал МВФ в апреле прошлого года. А благодаря моей политике в области экономического роста и тарифов, темпы роста должны быть еще выше. Я убежден, что мы действительно достигнем гораздо более высоких показателей. Это отличные новости, это выгодно всем странам.
США — экономический локомотив планеты. Когда процветает Америка, процветает и остальной мир, и этому нас учит история. Когда же наши дела плохи, несладко приходится всем. Вы падаете и поднимаетесь вместе с нами.
А сейчас мы достигли невиданного прежде уровня. Никогда не думал, что мы справимся так быстро. Главным сюрпризом для меня стало то, что все случилось быстрее, чем я думал. Я рассчитывал, что это займет больше года — может, год и месяц. Но все произошло очень быстро.
Сегодня я хочу обсудить, как мы добились этого экономического чуда, как мы поднимем уровень жизни наших граждан до невиданных прежде высот, и, возможно, как ваши страны тоже могут преуспеть, следуя за нами.
Ведь, по правде говоря, некоторые страны Европы уже не узнать. Они изменились до неузнаваемости, и, честно говоря, тут и спорить-то не о чем. Друзья приезжают из разных стран — я не хочу никого обидеть — и говорят: "Да их не узнать". И это совсем не комплимент — наоборот.
Я люблю Европу и хочу, чтобы она процветала, но она движется совершенно не в том направлении.
В последние десятилетия в Вашингтоне и европейских столицах бытует мнение, что единственный способ развить современную западную экономику — постоянно увеличивать государственные расходы, продвигать бесконтрольную массовую миграцию и бесконечный импорт.
Все сошлись на том, что так называемые "грязные" рабочие места и тяжелую промышленность надо перенести в другие страны, что доступные источники энергии надо заменить новой "зеленой" энергетикой и что экономику можно поддержать, завозя новое и совершенно чуждое население из далеких стран.
Этим путем пошла администрация сонного Джо Байдена и другие западные правительства — и очень глупо сделали. Они отвернулись от всего, что дает странам богатство и силу. А ведь во многих странах заложен огромный потенциал. Но в результате мы получили рекордные диспропорции бюджета и торгового баланса, причем дефицит государственного бюджета вызван крупнейшей волной массовой миграции за всю историю человечества.
Мы никогда не видели ничего подобного.
Откровенно говоря, многие части света хиреют на глазах, а лидеры даже не понимают, что происходит. А те, кто понимает, ничего с этим не могут поделать.
Практически все так называемые эксперты предсказывали, что мои планы покончить с этой провальной моделью приведут к мировой рецессии и безудержной инфляции, но мы доказали, что они ошибались. Все вышло с точностью до наоборот.
Всего за один год наша программа привела к таким преобразованиям, каких Америка не видела больше века. Вместо того, чтобы закрывать электростанции, мы их открываем. Вместо того, чтобы транжирить деньги на ветряки, мы их сносим, а новых не одобряем — ни одного.
Вместо того, чтобы давать бюрократам полномочия, мы их увольняем — они уходят и устраиваются в частном секторе на должность с окладом в два-три раза больше, чем был у них в правительстве.
Когда мы их уволили, они меня возненавидели. Зато теперь полюбили.
Вместо того, чтобы повышать налоги для отечественных производителей, мы снижаем их и повышаем пошлины для других стран, чтобы возместить ущерб, который они причинили.
За 12 месяцев мы уволили более 270 тысяч федеральных чиновников, и это стало крупнейшим сокращением штатов за год со времен окончания Второй мировой войны.
Никто не думал, что до этого дойдет, но у нас не было выбора — мы должны вернуть нашей стране былое величие. Столько госслужащих просто не нужно.
Мы сократили федеральные расходы на 100 миллиардов долларов и дефицит федерального бюджета на 27% всего за один год. Это еще немного снизит инфляцию — а она и так уже упала с рекордных высот при администрации Байдена.
С каждым месяцем она все росла и росла. Я обещал отменять по десять старых распоряжений на каждое новое постановление, но в итоге отменяю по 129. Поэтому каждый раз, когда вводятся новые правила, мы отменяем как минимум десять старых. И пока что в среднем выходит 129 — хотите верьте, а хотите нет.
В июле мы приняли решение о крупнейшем в истории Америки снижении налогов, в том числе отменили налог на чаевые, налог на сверхурочную работу и налог на социальное обеспечение для наших замечательных пенсионеров. Мы также обеспечили стопроцентное покрытие расходов — это им по вкусу.
А еще премиальные за новое оборудование и капиталовложения помогут компаниям расширить производство и перенести его в Америку. Они без ума от этой идеи. Они строят завод и могут сразу же учесть все расходы, а не ждать от 38 до 41 года, как раньше.
Это настоящее чудо. Никто не думал, что кто-то это осилит, но мы справились. Именно благодаря этому мой первый четырехлетний срок стал самым успешным с финансовой точки зрения за всю историю. Ведь мы знаем, что это программа рассчитана на 10 лет, а не на год. Но теперь можно все вычесть всего за год. А раньше на это уходило от 38 лет до 41 года.
Благодаря пошлинам мы решительно сократили наш растущий торговый дефицит — крупнейший в мировой истории. Мы теряли более триллиона — совершенно впустую, в никуда.
Но всего за год я сократил ежемесячный дефицит торгового баланса на 77% — это ошеломляюще много. И все это без инфляции, хотя мне говорили, что это невозможно.
Была пара замечательных людей, которые действительно считали, что я все делаю правильно. Я лично в собственной правоте не сомневался. Теперь остальные тоже согласны: я все делаю правильно — хотя и не могут поверить цифрам.
Американский экспорт вырос более чем на 150 миллиардов долларов. Внутреннее производство стали выросло на 300 тысяч тонн в месяц, а в течение следующих четырех месяцев еще удвоится. Оно удвоится и утроится: сталелитейные заводы возводятся по всей стране. Никто не рассчитывал такое увидеть.
Темпы строительства заводов увеличились на 41%. И сейчас этот показатель стремительно растет из-за того, что мы изменили процесс выдачи разрешений — они выдаются очень-очень быстро. Одновременно мы заключили исторические торговые соглашения с партнерами, на долю которых приходится 40% всей американской торговли. Это крупнейшие компании со всего мира.
Другие страны тоже выступают нашими партнерами. Европейские страны, Япония, Южная Корея. Это наши партнеры, с которыми мы заключили крупные сделки, особенно по нефти и газу.
Эти соглашения поспособствуют экономическому росту и вызовут бум на фондовых рынках не только в США, но и практически во всех странах, что заключили с нами сделки, потому что, как вы знаете, когда США растут, вы растете вместе за ними. В Америке по-другому не бывает.
Я остановил разрушительную для страны энергетическую политику, которая вела к росту цен и отдавала рабочие места и фабрики на откуп самым опасным загрязнителям в мире. Они действительно загрязняют окружающую среду. При сонном Джо Байдене новые внутренние контракты на добычу нефти и газа сократились на 95%. Подумайте об этом и спросите себя, отчего же бензин так стремительно дорожал?
В некоторых местах цена на бензин подскочила до 5 долларов за галлон, а в других — до 7 долларов, и более 100 крупных электростанций принудительно остановили дилетанты, которые, черт возьми, и понятия не имели, что делают.
Под моим началом добыча природного газа в США достигла рекордно высокого уровня. На сегодняшний день добыча нефти выросла на 730 тысяч баррелей в сутки. А на прошлой неделе мы получили 50 миллионов баррелей только из Венесуэлы.
Венесуэла столько лет была совершенно потрясающей страной. Но 20 лет назад ее политики свернули не туда. Это великая страна, но сейчас у нее проблемы, и мы ей помогаем. И эти 50 миллионов баррелей мы собираемся с ними разделить, и они заработают больше, чем за долгое время.
Дела у Венесуэлы пойдут просто феерически. Мы ценим сотрудничество, на которое они согласились. Как только операция завершилась, они сказали: давайте заключим сделку. Этим будет заниматься много людей, но в ближайшие полгода Венесуэла заработает больше, чем за последние 20 лет.
Все крупные нефтяные компании с нами. Это удивительно. Это очень приятно, и руководство страны ведет себя прекрасно. Они поступили очень, очень мудро. Во многих штатах бензин сейчас стоит ниже 2,5 доллара за галлон, а в большинстве штатов — 2,3 доллара за галлон. Более того, во многих местах средняя цена за галлон уже менее 2 долларов, а сейчас упала еще ниже — до 1,95 доллара за галлон.
Во многих штатах она составляет 1,99 доллара. Таких цифр никто не видел уже много лет — а точнее, со времени моей последней администрации — и мы снова сократили их примерно до таких же значений.
Я подписал приказ об одобрении ряда новых ядерных реакторов. Мы активно переходим на атомную энергетику. Вообще-то я не был ее великим поклонником — не люблю риск и опасность. Но прогресс в ядерной энергетике невероятен, и в области безопасности тоже.
Нас очень интересует мир ядерной энергетики, и теперь мы можем получить ее по сходной цене — и к тому же совершенно безопасно.
Мы лидируем в мире в области искусственного интеллекта. В этом отношении мы выше Китая на голову. Думаю, председатель Си оценил наши успехи — во многом потому, что мы разрешили крупным компаниям, которые строят эти массивные здания, наращивать собственные электрические мощности.
Они строят собственные электростанции, и в совокупности опережают возможности любой другой страны в мире. Недавно я прочитал статью в The Wall Street Journal о том, что Китай производит очень много энергии.
Но мы вырабатываем столько же или даже больше — и мы это одобряем. Я очень этим горжусь. Это ведь была моя идея. Они сказали, что у нас не получится создать столько энергии. Нам требовалось минимум вдвое больше энергии, чем сейчас, только на то, чтобы обеспечить работу электростанций. Нам говорили, что у нас ничего не выйдет. Дескать, у нас устарелая система электроснабжения. И мне пришла в голову идея: вы же, ребята, просто чудо. У вас много денег. Давайте же посмотрим, на что вы способны. Давайте, стройте собственные электростанции.
Они на меня посмотрели. Поначалу даже не поверили. Все эти громкие имена — кстати, они сейчас здесь, в этой комнате, если начистоту. Они мне не поверили. И я сказал: "Нет, нет, давайте".
Они вернулись через две недели, но без завода. Думали, что я пошутил. Я сказал, что нет, я не только не шучу, но вы получите разрешение за две недели. Я всегда говорю, что ядерная энергетика — это три недели. Но большинство из них идут не туда, а в добычу нефти и газа. В некоторых случаях они даже жгут уголь.
Благодаря моей убедительной победе на выборах США избежали энергетического коллапса, который постиг все европейские страны, что купились на "Новую зеленую аферу".
Пожалуй, это величайший обман в истории — "Новая зеленая афера".
Повсюду эти ветряки. Они уничтожают землю. И на каждом вы теряете по тысяче долларов. Вы ведь должны зарабатывать на энергии, а не терять деньги впустую.
Здесь, в Европе, мы прекрасно видим ту участь, на которую леворадикальные силы пытались обречь Америку. Они из кожи вон лезли. Германия сейчас вырабатывает на 22% меньше электроэнергии, чем в 2017 году. И это не вина нынешнего канцлера. Он как раз решает проблему. Он сделает все отлично. Дело в том, что творилось до его прихода — думаю, именно поэтому его и выбрали. Электроэнергия подорожала на 64%.
Великобритания изо всех источников вырабатывает лишь треть той энергии, что производила в 1999 году. Вдумайтесь только: всего треть. И это при том, что она расположена на берегу Северного моря, рядом с крупнейшими в мире залежами. Но они их не используют. И это одна из причин, почему их энергетика достигла катастрофически низкого уровня при такой дороговизне. Подумайте только: высокие цены при крайне низком уровне потребления. Всего треть — сидя на берегу Северного моря.
Они все приговаривают: "Ну, знаете, месторождение вообще-то истощено". Ничего не истощено. Его еще хватит на 500 лет. Они толком не нашли нефть. Северное море — это же что-то с чем-то! А они никому не позволяют бурить по соображениям экологии. Не дают — и все тут. Только мешают нефтяным компаниям работать. Забирают 92% доходов.
Поэтому нефтяные компании говорят, что не могут ничего сделать. Они пришли ко мне. Вы можете нам помочь? Я хочу, чтобы у Европы все было хорошо. Я хочу, чтобы у Великобритании все было хорошо. У них есть один из крупнейших источников энергии в мире, но они им не пользуются. На самом деле цены на электроэнергию выросли на 139%.
По всей Европе появились ветряки. Буквально повсюду — и в итоге они остались в накладе. Я заметил такую закономерность: чем больше в стране ветряков, тем больше денег она теряет и тем хуже у нее идут дела.
Почти все ветряки производит Китай, однако в самом Китае я почему-то не нашел ни одного. Вы когда-нибудь об этом задумывались? А между тем это говорит о многом. Китайцы очень умны.
Они их производят и продают за бешеные деньги. Впаривают их дурачкам, которые их покупают, — а сами при этом не пользуются. Они построили пару больших ветряных электростанций, но сами ими не пользуются. Они просто выставили их напоказ, чтобы продемонстрировать людям, как они выглядят. При этом они не вращаются и ничего не вырабатывают.
В основном они жгут уголь. Китай предпочитает уголь. Они предпочитают нефть и газ. Они понемногу присматриваются к ядерной энергетике, и у них все хорошо. Они зарабатывают целое состояние, продавая ветряные мельницы, и, думаю, на самом деле не очень-то удивятся, если это прекратится.
Они и сами удивлены, что это до сих пор работает. Они всегда были очень милы со мной. Но сами потрясены, что люди продолжают покупать эти чертовы штуки.
А ведь они убивают птиц. Они портят пейзаж. В остальном они отличные. Кстати, их покупают только глупцы.
Последствия этой разрушительной политики очевидны: падение экономического роста, уровня жизни, рождаемости, миграция, которая вредит обществу еще больше, повышенная уязвимость перед иностранными противниками и значительно меньший военный потенциал.
США очень заботятся о народах Европы. Мы действительно очень их любим. Я хочу сказать, что я сам родом из Европы. Из Шотландии и Германии. Моя мать на 100% шотландка, мой отец на 100% немец.
И мы глубоко верим в связи с Европой как цивилизацией. Я хочу, чтобы у нас все было хорошо. Вот почему такие вопросы, как энергетика, торговля, миграция и экономический рост должны быть в центре внимания каждого, кто хочет, чтобы Запад был сильным и единым, потому что Европа и эти страны должны делать свое дело.
Они должны отвергнуть культуру, которую создали за последние десять лет. Это просто ужасно, что они с собой вытворяют. Они сами себя разрушают — свои прекрасные, чудесные страны.
Нам нужны крепкие союзники, а не обессиленные. Мы хотим, чтобы Европа была сильной. В конечном счете это вопрос национальной безопасности. Пожалуй, яснее всего ситуацию объясняет происходящее с Гренландией.
Хотите я скажу несколько слов о Гренландии? Я вообще-то не собирался упоминать ее в своей речи... Думал, это воспримут в штыки.
Я очень уважаю как народ Гренландии, так и народ Дании. Испытываю огромное уважение. Но каждый член НАТО обязан защищать собственную территорию. И факт в том, что ни одна страна или группа стран не в состоянии защитить Гренландию, кроме США.
Мы — великая держава, гораздо более могущественная, чем люди себе представляют. Думаю, они поняли это две недели назад в Венесуэле.
Мы видели это во время Второй мировой войны, когда Дания сдалась Германии всего после шести часов боев и оказалась совершенно не в состоянии защитить ни себя, ни Гренландию. И тогда США пришлось вмешаться. Мы это сделали. Мы считали, что направить войска — наш долг, и мы это сделали.
Между прочим, ценой огромных затрат. У них не было шансов, хотя они и пытались. Дания это знает. Мы буквально создали базы в Гренландии ради Дании. Мы сражались за Данию — ни за кого другого. Мы сражались, чтобы сберечь Гренландию для Дании.
А ведь это огромный и красивый кусок льда. Его даже сушей трудно назвать. Просто большой кусок льда — и ничто иное. Но мы спасли Гренландию и не дали врагам закрепиться в нашем полушарии. Так что мы и для себя тоже старались.
А потом мы одержали огромную победу в войне. Без нас вы бы сейчас все говорили по-немецки — а кто-то, может, и по-японски.
После войны мы вернули Гренландию Дании. Казалось бы, какая глупость! Но мы это сделали. Мы ее вернули. И как можно быть таким неблагодарным?
Сегодня наша страна и весь мир столкнулись с невиданными прежде рисками. Из-за ракет, из-за ядерного оружия, из-за средств ведения войны, о которых я даже говорить не могу.
Две недели назад все увидели оружие, о котором никто никогда не слышал. Они не смогли сделать по нам ни единого выстрела. Они лишь гадали: что случилось? Все были в смятении.
Они говорили: "Мы взяли их на мушку, нажали на кнопку, но ничего не произошло". Зенитные ракеты даже не взлетели. Одна взлетела метров на десять и рухнула прямо рядом с людьми, которые ее запустили.
Они спрашивали себя, что, черт возьми, происходит? А ведь эти оборонительные системы сделаны в России и Китае. Так что, полагаю, их создатели скоро вернутся к чертежам.
Гренландия — это огромная, практически необитаемая и нетронутая территория, которая находится в стратегически важном месте между США, Россией и Китаем. Именно там она и находится. Прямо посередине.
Когда мы ее вернули, она не имела почти никакого значения. Знаете, когда мы ее вернули, дела обстояли совсем иначе. Она важна лишь поэтому — иных причин нет. Все говорят о полезных ископаемых — в том числе о редкоземельных металлах. Вообще-то их добыча — сложный процесс. Но их там целые залежи.
Но чтобы до них добраться, нужно преодолеть десятки метров льда. Так что Гренландия нам нужна не поэтому. Нам она нужна для стратегической безопасности, национальной и международной.
Этот огромный незащищенный остров на самом деле — часть Северной Америки на северной границе Западного полушария.
Это наша территория.
Поэтому он представляет собой принципиальный интерес для национальной безопасности США и всей Америки. И на самом деле на протяжении сотен лет наша политика заключалась в том, чтобы предотвратить проникновение внешних угроз в наше полушарие.
Мы успешно с этим справлялись. Мы никогда не были сильнее, чем сейчас. Вот почему американские президенты стремились приобрести Гренландию на протяжении почти двух веков. Знаете, они двести лет не оставляли попыток.
Они должны были оставить ее себе после Второй мировой войны, но тогда был другой президент. Ничего страшного. Сегодня люди смотрят на это иначе. Сейчас она гораздо нужнее, чем тогда.
В 2019 году Дания пообещала потратить более 200 миллионов долларов на укрепление обороны Гренландии. Но, как вы знаете, они потратили менее процента от этой суммы. Один процент — и никаких признаков присутствия Дании. И я говорю это с великим уважением к Дании — я очень люблю ее народ, ее лидеры молодцы.
Лишь США смогут защитить эту огромную и необъятную землю, этот гигантский кусок льда, развивать его и улучшать, и сделать так, чтобы он приносил пользу и безопасность Европе и нам самим.
И именно поэтому я добиваюсь немедленных переговоров, чтобы еще раз обсудить вопрос о приобретении Гренландии США — точно так же, как мы приобретали другие территории на протяжении всей нашей истории, и как это делали многие европейские страны.
Ничего дурного в этом нет.
Многие из этих стран зачахли. На самом деле, если разобраться, у некоторых были огромные богатства, огромные земли по всему миру. Они пошли в обратном направлении. Они вернулись к тому, с чего начали. Такое тоже случается. Но некоторые растут.
Но это не будет угрозой для НАТО. Это значительно повысит безопасность всего североатлантического альянса — а ведь НАТО обошлась с США очень несправедливо.
Я хочу сказать об этом в открытую. И если подумать, никто не сможет это опровергнуть.
Мы так много даем и так мало получаем взамен. Я много лет критиковал НАТО, и все же я сделал для НАТО как никто много — больше любого другого президента. У вас больше не было бы НАТО, если бы я не вмешался на своем первом президентском сроке.
Пример тому — конфликт на Украине. Между нами тысячи километров, нас разделяет огромный океан. Этого конфликта не должно было быть в принципе — и он бы ни за что не начался, если бы президентские выборы в США 2020 года не были сфальсифицированы. Но был подлог. Сегодня это все знают. Виновники скоро будут привлечены к ответственности за содеянное.
Может, для кого-то это сенсация, но так и надо. Результаты выборов сфальсифицировали. Это недопустимо. Должны быть безопасные границы, прозрачные выборы и, в идеале, честная пресса. Я всегда говорил: прочные границы, свободные и прозрачные выборы и честные СМИ. Однако СМИ просто ужасны. Они подлые, предвзятые — словом, кошмар. Но когда-нибудь все наладится, потому что они теряют остатки доверия.
Подумайте вот о чем. Я одержал убедительную победу с огромным отрывом, взял все семь колеблющихся штатов, выиграл не только по голосам выборщиков, но и всенародным голосованием — в общем, выиграл все, что можно — и не получаю от прессы ничего, кроме ругани. Это означает, что ей нет больше веры.
И если они вернут себе доверие, они должны быть честны. Поэтому вам нужна честная пресса, но нужно и многое другое. Мне ведь досталась страна в ужасном положении. Если разобраться, граница была открыта нараспашку, а инфляция бушевала — когда я вступил в должность, в США все было из рук вон плохо.
Еще мне достался этот ужасный беспорядок с Украиной и Россией — то, чего никогда не должно было случиться. А Путина я знаю отлично. Мы с ним обсуждали Украину. Она была его главной целью, но действовать он не собирался. Я сказал: "Владимир, ты не станешь этого делать". И он бы не стал.
То, что случилось — катастрофа. А ведь я это предвидел. После моего ухода я видел, как все развивается. Байден отдал Украине и НАТО 350 млрд — неслыханная сумма, 350 млрд! Я пришел и, как и с границей, инфляцией и экономикой, увидел: тут полный провал.
Всюду царил хаос, но граница представляла собой отдельный ад. Мы все поправили, создав самую сильную границу в мире. Я уже год работаю над этим конфликтом, и за это время прекратил 8 других, включая войну Индии и Пакистана. Уладил и другие конфликты... Путин звонил мне... по Армении и Азербайджану. Он сказал: "Не верится, что ты это уладил, они же 35 лет воевали".
А я решил вопрос за сутки. И после этого мне звонит президент Путин. Говорит: "Просто не верится... Я 10 лет работал над тем, чтобы остановить ту войну. И не смог". А я ответил: "Окажи услугу. Займись-ка лучше своей проблемой. Не трать на это силы".
И что в итоге получают Штаты? Что мы имеем от всей этой работы, от этих колоссальных трат? Только смерть, только разрушения и гигантские суммы денег, которые уходят тем, кто и не думает благодарить нас. Они не ценят, что мы для них делаем.
Речь о НАТО. Речь о Европе. Это им нужно заниматься Украиной, а не нам. Мы вообще в другой части света. Нас разделяет огромный, великолепный океан. Проблема не наша.
До моего прихода от членов НАТО требовали лишь 2% ВВП [на обеспечение оборонных затрат], но даже их они не платили. Большинство стран не вносило ни цента. А Соединенные Штаты оплачивали фактически все расходы, все 100%. И я прекратил это безобразие. Сказал: "Так не пойдет". Но главное — я поднял планку до 5%. И они начали платить. И платят сейчас.
То, что казалось немыслимым! Они клялись: "Никогда не превысим 2% — а взяли и подняли до пяти. И теперь платят пять! Не смогли заплатить два — платят пять, и это сделало их крепче. И, к слову, у них великолепный генеральный секретарь — он, кажется, здесь присутствует? Марк [Рютте], вы в зале? А, вот вы где. Приветствую, Марк.
Мы никогда ничего не требовали и ничего не получали. И вряд ли получим — разве только я решу задействовать такую мощь, что мы станем, откровенно говоря, непобедимы.
Но я на это не пойду. Сейчас все, я вижу, успокоились. Это, пожалуй, мое главное заявление — многие ведь всерьез боялись, что я применю силу.
Мне не придется. У меня нет такого желания. Я не стану ее применять. Единственное, о чем мы просим, — это территория под названием Гренландия. Мы уже управляли ею как опекуны, но почтительно вернули Дании после победы над немцами, японцами, итальянцами и прочими во Второй мировой. Мы возвратили ее им.
Мы и тогда были сильны, но сейчас наша мощь несравнимо больше. Я восстанавливал вооруженные силы в первый срок и продолжаю это делать сегодня. Наш бюджет — 1,5 триллиона долларов. Мы возрождаем линкоры. Сегодняшний линкор мощнее прославленных кораблей Второй мировой в сотню раз! Тех самых громадных, прекрасных судов: "Миссури", "Айова", "Алабама".
Я было предложил: может, просто расконсервируем старые? Но мне ответили: "Нет, сэр. Эти новые — в сто, осознайте, в сто раз мощнее тех больших, величественных плавучих дворцов, которые вы помните по кинохронике и до сих пор видите в передачах. Смотришь и дивишься: вот это техника!" В сто раз! Каждый новый корабль — в сто раз сильнее легендарных линкоров. Так что вопрос расконсервации отпал сам собой.
И что мы в итоге имеем от НАТО? Ровным счетом ничего. Разве что мы охраняли Европу от СССР, а теперь от России. Мы столько лет им помогали! И никогда ничего не получали — только платили, платили за НАТО. До моего прихода мы, я уверен, финансировали альянс на все 100%, потому что они просто игнорировали платежи.
А мы просим-то всего лишь Гренландию. Полностью, со всеми правами и титулом. Ведь чтобы что-то защищать, этим нужно владеть. Нельзя защищать то, что взято в аренду. С юридической точки зрения это бессмысленно. Совершенно. А во-вторых, с человеческой: кто, интересно, захочет рисковать жизнью за какую-то бумажку, за договор аренды? За громадную льдину в океане, которая в военное время станет главной ареной действий?
Только представьте! Ракеты будут бороздить небо прямо над центром этого ледяного поля. И мы просим у Дании — ради безопасности нашей страны и всего мира, чтобы обуздать наших весьма предприимчивых и опасных потенциальных врагов — всего лишь этот клочок земли. Чтобы построить на нем самый грандиозный золотой купол в истории.
Этот купол по определению станет щитом для Канады. Канада, между прочим, получает от нас кучу бесплатных "плюшек". Им бы благодарить нас — но нет.
Я наблюдал вчера за их премьером. Никакой признательности. А они должны быть нам благодарны! Канада живет лишь потому, что существуют Соединенные Штаты. Заруби это у себя на носу, Марк [Карни], перед следующим публичным выступлением.
Наши успехи в защите Израиля поразительны. Но и это просто цветочки по сравнению с тем, что ждет США, Канаду и весь мир. Мы возведем купол, который затмит все. Мы это умеем. Мы уже доказали это на примере Израиля.
Между прочим, я тогда сказал Биби [Биньямину Нетаньяху]: "Биби, хватит приписывать себе лавры за этот купол. Это наша технология, наша разработка". Но надо отдать им должное — они сражались храбро, показали себя отличными воинами и справились на пятерку.
Мы стерли с лица земли иранскую ядерную угрозу. Это не укладывается в голове. Такого еще свет не видывал. Там и Венесуэла... Убрали Сулеймани, устранили аль-Багдади, когда он затеял возрождение ИГИЛ*. Мы проделали колоссальную работу. Я реализовал множество масштабных проектов, и каждый — с безукоризненной точностью.
Абсолютно каждый! Мне один военный специалист, эксперт, сказал: "Сэр, каждая ваша операция была проведена безупречно". Я ответил: "Мне известно".
Предыдущие президенты — осознанно или нет — вывалили на НАТО триллионы, целые триллионы долларов, не получив взамен абсолютно ничего. Мы же никогда не выставляли счетов. Нет, на этой улице движение всегда было односторонним.
И вот теперь они просят нашей помощи для Украины. И знаете что? Мы поможем. Я действительно хочу помочь... Даже не им. Я вижу эти цифры... На прошлой неделе... вы, наверное, слышали — 10 тысяч солдат... Но в прошлом месяце погибла 31 тысяча. Тридцать одна тысяча! Это как если численность этого зала умножить на 30. Осознайте: 30 тыс. солдат за 30 дней.
В предыдущем месяце — 27 тысяч. Еще месяцем раньше — 28 тысяч. До этого — 25 тысяч. Там льется река крови. И я хочу перекрыть этот поток. От этого США не станут богаче, но речь о человеческих душах. О совсем молодых парнях. Похожих на вас, на некоторых из вас в первых рядах.
Они отправляются на фронт. Их родители полны гордости за своих героев. А через пару недель раздается звонок: "Вашему сыну оторвало голову". Я должен это остановить. Этот конфликт — сущий кошмар. Худшее, что было со времен Второй мировой. И он набирает обороты. Он превзойдет Вторую мировую. Статистика ужасает. Они сами не хотят говорить о своих потерях — настолько они чудовищны. И Украина, и Россия потеряли невероятное количество людей. (Слухи об огромных потерях России безосновательны и не имеют отношения к действительности — прим. ИноСМИ).
Я работаю с президентом Путиным — он хочет сделки. Я также общаюсь с президентом Зеленским — думаю, и он хочет договориться. У нас сегодня встреча. Он, может, даже здесь, в зале. Но конфликт следует прекратить. Слишком много людей гибнет зря. Просто гибнет. Слишком много душ уходит в никуда. Только ради этого я и берусь за это дело.
Хотя, берясь за него, я выручаю Европу, выручаю НАТО. И знаете, до недавних пор, пока я не упомянул Исландию (вероятно, речь про Гренландию — прим. ИноСМИ), они меня просто боготворили. В прошлый раз один даже назвал меня папочкой. Очень умный человек сказал: "Он наш папочка. Он здесь главный". Я и был главным. И вот из главного я вдруг стал ужасным человеком.
А я-то прошу всего лишь кусок льда. Ледяной и неудачно расположенный, но способный стать краеугольным камнем мира и безопасности, остров.
Сущий пустяк в сравнении с тем, что мы вливали в них долгие-долгие годы. Но вся загвоздка НАТО в том, что мы за них всегда горой. А вот были бы они за нас? Смоделируем ситуацию: "Джентльмены, на нас напали. Нас атакует такая-то страна".
Я изучил их вдоль и поперек. И у меня большие сомнения, что они нас поддержат. Я-то знаю, что мы бы их не бросили. А вот они нас — не уверен. Мы вкладываем колоссальные средства, проливаем кровь, отдаем все силы — а будут ли они с нами в трудную минуту?
Возьмите ту же Исландию (Гренландию — прим. ИноСМИ) — они явно не на нашей стороне. Наш фондовый рынок вчера впервые дал сбой именно из-за этого острова. Так что Исландия уже влетает нам в копеечку. Хотя этот сбой — просто мелочь по сравнению с общим ростом. А впереди у нас и вовсе фантастические перспективы.
Наш рынок акций удвоится. Мы возьмем планку в 50 тыс. пунктов, и он удвоится. Причем в сжатые сроки — благодаря всему, что сейчас происходит.
И вот вам показательная история. Мы засыпали НАТО и Европу триллионами долларов на оборону. Они закупают наше оружие — а оружие у нас лучшее в мире. Но теперь мы наладим еще более быстрые поставки. Вы же видели? Я ограничил зарплаты топ-менеджеров и запретил выкуп акций — никаких байбэков и прочих хитрых схем.
Вы только представьте: люди получали 50 миллионов, а на выпуск одной-единственной ракеты "Пэтриот" у них уходило целых 3 года. Я сказал: это позор. Да мой шофер управляется лучше! А ему и половины таких денег не платят. Балуются большими окладами? Тогда пусть и показывают соответствующую скорость. К счастью, у нас уже есть лучшее в мире оборудование. Осталось лишь начать производить его быстрее. Они построят новые заводы.
Все средства, что раньше уходили на скупку акций, теперь будут вкладываться в строительство. Мы навсегда запретили оборонному сектору выкупать свои акции. Они построят новые цеха для "Томагавков" и "Пэтриотов". Наше вооружение — вне конкуренции. F-35 модификации 47. Новинка только готовится к выпуску. Ее называют самым смертоносным истребителем за всю историю. Посмотрим…
Его назвали "47". Но если мне этот номер окажется не по душе, я прикажу его стереть. Любопытно, почему именно 47, что они имели в виду. Но если не понравится — цифры не будет.
По задумке это должен быть самолет шестого поколения. Первый в мире самолет шестого поколения, абсолютно невидимый, как наши бомбардировщики B-2. Они ведь пролетали прямо над Ираном. Их так и не засекли. Сделали работу — и как ветром сдуло.
Вот мы и просим всего лишь ледяной щит для безопасности планеты — а они скупятся. Больше мы ничего не требуем. В свое время мы вполне могли оставить эту территорию себе, но не стали ее удерживать.
Перед ними выбор. Согласиться и заслужить нашу благодарность или отказать — и навеки врезаться нам в память.
Мощная и защищенная Америка — это залог крепкого НАТО. И поэтому я ежедневно вкладываюсь в то, чтобы наша военная мощь была непревзойденной. Наши рубежи неприступны, а главное — наша экономика сильна, ведь государственная безопасность начинается с безопасности экономической, с процветания. И сейчас оно беспрецедентно.
Байден с приспешниками развалили нашу экономику и вызвали, наверное, худшую инфляцию за всю американскую историю. Историки твердят про 48 лет. Я же скажу — за все время, но 48 лет — это и есть вечность. Неважно, 48 лет или вечность — это катастрофа. Каждая семья теряет 33 тысячи долларов. То, что они совершили с нашей страной, нельзя забывать.
История еще пишется, но он уже сегодня заслуживает звания самого провального президента за все время, и это неоспоримо.
Бо́льшую часть разрушений совершил "Автоперо" — он был президентом-штампом, и я отказываюсь верить, что в здравом уме можно было подписать такие документы.
А теперь смотрите: цены в магазинах, тарифы на энергию, стоимость авиабилетов, ипотека, аренда и автокредиты — все падает, и падает быстро. Нам досталась страна в руинах, и всего за год мы проделали поистине титаническую работу.
Согласно моей политике "наибольшего благоприятствования" для лекарств, их цена теряет до 90%. Хотя, если считать иначе, то 500-600-700-800%. Есть разные методы расчета.
Но суть в том, что мы получили то, о чем президенты только мечтали. Никто не мог этого достичь. А я достиг. И зарубежные страны согласились, хоть мне и пришлось пригрозить пошлинами, потому что их первая реакция была: "Ни в коем случае".
Проще говоря, таблетка за 10 фунтов в Лондоне стоит у нас 130 долларов. Десять — там и 130 — в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе. Я только руками развожу. А друзья мне: "Мы в Лондоне берем это за бесценок. По всему миру — сущие копейки".
А все потому, что Америка содержала весь мир, а президенты смотрели на это сквозь пальцы. Довели до ручки. Вот я и звоню Эммануэлю Макрону — видел его вчера в модных очках. Что там у него случилось?
Пытался, конечно, выглядеть стойким. А сам продавал таблетку по 10 долларов. Говорил ему: "Эммануэль, у меня полный консенсус с фармацевтическими гигантами". Это, замечу, далось нелегко. Ребята они несговорчивые, смышленые. Долго всех дурачили. Но сломались. Правда, предупредили: "Страны никогда не согласятся". Я: "С чего бы?" "Да просто не согласятся".
Они всегда упирались: "Мы платить не будем. Пусть Штаты платят". И годами их цены не двигались, а наши взлетали все выше и выше. Мы переплачивали в 13, 14, 15 раз!
Я ответил: "Ошибаетесь. Они согласятся. 100%. Вы говорите никогда? Я вам ручаюсь". Вообще я даже поддержал Эммануэля — он, кажется, здесь присутствует, — и он мне в общем-то нравится. Серьезно, нравится. Удивительно, правда?
И я продолжил: "Эммануэль, тебе придется поднять ценник до 20, а то и 30 долларов. Осознай масштаб! Это же двойной рост. А двойной рост на медикаменты может вылиться в тройной, даже четверной. Нешуточное дело".
"Ни за что, Дональд, ни за что". Я настаивал: "Сделаешь. Гарантирую". Он: "Это же удвоение!" Я: "Эммануэль, ты 30 лет грабил Штаты на лекарствах. Пришла пора ответить, и ты ответишь. Я в этом не сомневаюсь. Более того —убежден на все сто".
"Нет, не соглашусь". Хотя, по правде говоря, ему и впрямь пришлось бы поднимать цены в разы — мир не ограничивается США, и компромисс здесь не "посередине", а в том, чтобы им чуть прибавить, а нам — радикально снизить.
Итак, у нас 130, у них 10. Значит, их планка — 20 или 30. Не выше. Я сказал: "Эммануэль, готовься удваивать или утраивать".
"Ни в коем случае", — был его ответ. Я пояснил: "Суть вот в чем, Эммануэль. Ты это сделаешь. И сделаешь быстро. Иначе я обложу 25% пошлиной весь твой экспорт в США.
А на твои вина и шампанское — все 100%. Это же на порядок больше, чем я прошу. И ты пойдешь на это. Я не хочу предавать это огласке. Но ты можешь не оставить мне выбора".
"Хорошо, Дональд, я все устрою. Устрою". В среднем на каждую страну у меня уходило 3 минуты. Одно и то же — "вы это сделаете". И все в один голос: "Нет, это невозможно. Вы хотите, чтобы мы удвоили цены на препараты?"
Я сказал: "Именно. Потому что вы 30 лет нас дурили". А они: "Ни за что". Я отвечал: "Как скажете. В понедельник утром вводим тарифы: 25%, 30%, 50%" — цифры у всех были разные.
Это ведь вопрос национальной безопасности. Нечестно же. Мы не намерены спонсировать всю планету. И каждая страна в итоге согласилась. Так что одно из величайших моих свершений — это режим наибольшего благоприятствования.
Мы будем платить по самым низким мировым ценам. Наши расходы на лекарства рухнут на 90%. Хотя можно сказать и на 1000, и на 20 — как считать. Но давайте остановимся на той цифре, которую обожают фейковые СМИ, — так громче выходит.
Понимаете? "Падение на 90%" звучит куда солиднее. Цены на препараты резко снизятся повсеместно, и я благодарен странам за это. Они сдались. Справедливости ради, без угроз пошлинами у меня ничего бы не вышло.
При Байдене реальные доходы просели на 3 тысячи долларов, а сейчас они выросли на 2-3 и даже 5 тысяч. Собственный дом всегда был символом здоровья и энергии Америки. Но при Байдене для миллионов граждан эта мечта рухнула из-за запредельных процентных ставок.
Сегодня я возвращаю американской мечте этот фундамент. В последние годы титаны Уолл-стрит и инвестиционные фонды — многие из вас в зале, многие — мои друзья и сторонники, мне искренне неловко — но вы обрушили рынок жилья, скупив сотни тысяч семейных домов. Для вас это была золотая жила.
Порой до 10% предложения на рынке. И знаете, что дико? Частное лицо не имеет права на амортизацию дома, а корпорация — имеет. Над этим тоже надо думать. Вряд ли многие об этом задумываются.
Купил корпорацию — она скупает 500 домов, сотни тысяч домов — и списывает износ. А человек вкалывает, чтобы купить один дом.
Дома предназначены для семей, а не для корпораций, и мы не допустим, чтобы Америка превратилась в страну съемщиков. Ни за что. Поэтому я подписал распоряжение, запрещающее крупным инвестиционным фондам скупать частные дома. Это вопиющая несправедливость. Простой народ просто не может пробиться на рынок жилья.
Я требую от Конгресса принять этот запрет как постоянный закон. И они это сделают. Главным камнем преткновения для накоплений на первый взнос стал долг по кредиткам. Прибыль этих компаний зашкаливает за 50% — это запредельно. А они дерут с американцев по 28%, 30%, 31%, 32%.
Где же предел ростовщичеству? Чтобы помочь людям выбраться из байденовской трясины — да, той, что создал этот кошмарный, просто отвратительный президент — я требую ограничить ставки по кредитным картам десятью процентами на год. Это даст миллионам американцев шанс скопить на дом.
Они ведь даже не знают, что платят 28%! Чуть опоздал с платежом — и прощай, дом. Это невыносимо.
Чтобы дать толчок инновациям, накоплениям и финансированию, я также работаю над тем, чтобы Америка оставалась мировой столицей криптовалюты. В этих целях я в прошлом году подписал знаковый закон GENIUS.
Сейчас конгресс очень упорно работает над структурой крипторынка, над законодательством о биткойнах, над всем прочим, и я надеюсь очень скоро это подписать. Открыть новые пути американцам для достижения финансовой свободы.
Я сделал это по двум причинам. Во-первых, я подумал, что это хорошо в политическом плане. И я получил колоссальную политическую поддержку. Но, что еще важнее, Китай тоже захотел этот рынок точно так же, как он хочет ИИ. А мы этот рынок закрыли и, я думаю, довольно прочно.
Если бы я это не сделал... Знаете, Байден был категорически против этого до выборов. Но тогда они осознали, знаете, что миллионы людей проголосовали против них из-за криптовалюты. И они вдруг очень ее полюбили. Но было поздно. Они все профукали.
Политически это популярно. Но намного важнее сделать так, чтобы этим не завладел Китай. Как только он этим завладеет, мы уже ничего не сможем вернуть. Для меня честь сделать это. В итоге я дал указания поддерживаемым правительством учреждениям купить ипотечные облигации на сумму до 200 миллиардов долларов, чтобы снизить процентные ставки.
И в недалеком будущем назову нового председателя Федеральной резервной системы. Думаю, он будет очень хорошо работать. Видите, кое-что я раздал — его должность. Я ее отдал.
Итак, мы что-то получаем. Вы что-то получаете. Но есть кто-то очень уважаемый. Они все люди уважаемые. Они замечательные. Все, с кем я проводил собеседование, они замечательные. И я думаю, они будут великолепно работать.
Проблема в тех переменах, которые происходят, когда они получают эту работу. Знаете, они говорят все, что я хочу услышать. А потом они получают должность и сидят на ней шесть лет. Получают работу, и вдруг начинают заявлять: "Давайте немного поднимем ставки". А я им говорю: "Сэр, нам не следует даже говорить об этом".
Поразительно, как меняются люди, получив должность. Очень жаль. Это своего рода вероломство. Но они должны делать то, что считают правильным. У нас сейчас ужасный председатель, Джером Пауэлл по прозвищу "Слишком поздно". Он всегда опаздывает. Он сильно опаздывает с процентными ставками, если не считать предвыборный период. Для другой стороны он был просто идеален.
Поэтому мы поставим кое-кого получше. И будем надеяться, что он будет поступать правильно. На прошлой неделе средняя ставка по тридцатилетней ипотеке упала ниже шести процентов, и это было впервые за много лет.
Другой важный фактор, повышающий стоимость жилья, это массовое вторжение в пределы наших границ. Да, я должен сказать еще одно о жилье, потому что никто об этом никогда не говорит. Я защищаю людей, у которых уже есть дом в собственности. Таких миллионы и миллионы, а поскольку у нас был очень хороший период, стоимость домов колоссально выросла, и эти люди стали состоятельны. Раньше они не были состоятельными.
Они стали богатыми благодаря своим домам. Но всякий раз, когда мы делаем жилье дешевле и доступнее для кого-то, от этого страдает стоимость их домов.
Разумеется, поскольку одно работает в тандеме с другим, я не хочу делать ничего такого, что навредит стоимости дома, находящегося в собственности у человека, который впервые в жизни идет по улицам города, в котором живет, и очень гордится тем, что его дом стоит 500, 600, 700 тысяч долларов.
Смотрите, если я действительно захочу разрушить рынок жилья, я могу сделать это так быстро, что люди смогут купить дома. Но в некоторых случаях мы погубим многих, у кого уже есть дома, которые они взяли по ипотеке, а ипотека была очень доступной.
Внезапно ипотека без каких-либо изменений становится очень дорогой, и они в конечном итоге теряют дом.
Я не собираюсь никому вредить. Я говорю со Скоттом, который замечательно работает, я говорю с Говардом, который тоже замечательно работает, я говорю со всеми своими людьми и всегда, знаете ли, говорю, что могу к черту разрушить этот рынок. Мы можем до плинтуса снизить процентные ставки.
И мы хотим это сделать, ведь это естественно, это хорошо для всех.
Знаете, снижение процентных ставок... Мы должны платить гораздо меньшие процентные ставки, чем сейчас. Мы должны платить самые низкие ставки в мире.
Что я имею в виду. Был у меня случай в Швейцарии. Мы были в Швейцарии, так получилось. Наверное, я вам быстро расскажу, ведь они ничего не платили.
Они делают прекрасные часы, великолепные часы, "Ролекс" и прочие. А когда отправляют свою продукцию на экспорт, ничего не платят США.
У нас был дефицит в 41 миллиард долларов. 41 миллиард. С этой прекрасной страной. Вы ведь летали над ней, разве тут не красиво?
Тогда я сказал: давайте введем для них пошлины в 30 процентов, чтобы хоть что-то вернуть. Не все, далеко не все. Ведь у нас по-прежнему дефицит, большой дефицит, 40, 41 миллион. Это большой дефицит. И я сказал: давайте введем пошлины. Разные места, разные пошлины.
Вы все в этом участвуете. В некоторых случаях становитесь их жертвами. Но в итоге это справедливо. И большинство из вас это понимает. Так что мы ввели для Швейцарии тридцатипроцентные пошлины, и тут началось светопреставление.
Они звонили, вы не поверите. Знаете, звонили многие из Швейцарии. Невероятная страна, невероятно красивая страна. Но я вдруг понял, что у них все хорошо только благодаря нам.
Есть много других примеров. Наверное, есть и другие доходы, но большую часть денег они зарабатывают благодаря нам, потому что мы никогда и ни за что не взимаем с них плату. Поэтому они к нам приезжают, продают свои часы, не платят никаких пошлин, ничего. И уезжают. Только на нас зарабатывают 41 миллиард. И тогда я сказал: "Нет, так нельзя".
Так что я буду поднимать этот вопрос. Но дефицит все равно будет довольно существенный.
И тогда позвонила премьер-министр, кажется. Думаю, не президент, думаю, премьер-министр позвонила. Женщина. Она много повторялась. (У Швейцарии нет премьер-министра; с кем именно из швейцарских политиков общался Трамп, остается загадкой — прим. ИноСМИ). Она сказала: "Нет, нет, нет, вы не можете так поступать, 30 процентов. Не можете. У нас маленькая, маленькая страна". А я сказал: "Да, но у вас большой, большой дефицит. Может, страна и маленькая, но дефицит у вас больше, чем у крупных стран".
Она такая: "Нет, нет, нет, пожалуйста, так нельзя". Повторяла многократно одно и то же. "Мы маленькая страна, а вы большая страна по показателям... Она выводила меня из себя, я вам честно скажу".
И я тогда сказал: "Хорошо, спасибо, мадам. Я это ценю".
А она: "Не делайте этого".
Я тогда: "Большое спасибо". И сделал 39 процентов.
И вот тогда действительно разверзся ад кромешный. Ко мне каждый день приезжали визитеры. Из компании "Ролекс" приехали поговорить. Все приехали, чтобы со мной увидеться. Я все понял и снизил, потому что не хочу причинять людям боль.
Да, мы снизили для них, но знаете, снижение не означает, что не последует повышения. Но мы сократили пошлины до более низкого уровня. И теперь они их платят, эти пошлины.
А я тогда понял, что таких стран у нас много, что они делают целые состояния благодаря Соединенным Штатам. Без США они бы ничего не заработали. Подумайте об этом. Швейцария заработала на нас 41 миллиард долларов.
Как она сказала, ее страна маленькая, и я тогда понял, не знаю, мне было так... она вела себя так агрессивно. В ходе той беседы я понял, что Соединенные Штаты весь мир поддерживают на плаву. Я могу вам назвать шесть или семь таких стран только в этом маленьком регионе.
Я знаю каждую из них. Они как-то глаза опустили, смотрят вниз. Не хотят меня видеть, не хотят смотреть мне в глаза. Но они нас используют. Все используют Соединенные Штаты. Но я очень справедлив, я дал им пошлины и все было прекрасно. Я понял, что без нас Швейцарии не будет.
Без нас не будет ни одной из представленных здесь стран. И мы хотим работать с этими странами. Мы не стремимся к их разрушению. Я мог назвать 39, 40 процентов, я мог сказать, что хочу 70-процентные пошлины. Тогда мы бы начали делать деньги на Швейцарии. Но это наверняка разрушило бы Швейцарию в финансовом отношении.
Я этого не хочу, но мы должны платить самые низкие процентные ставки из всех. Надеюсь, Скотт это слышит. Без нас большинство из этих стран даже работать не сможет.
А еще есть такой фактор, как защита. Без наших вооруженных сил, которые являются самыми могущественными в мире и намного опережают других, без нашей армии вы столкнетесь с угрозами... даже не поверите, с какими. Не поверите.
Но вы с угрозами не сталкиваетесь, и это благодаря нам и благодаря НАТО. И еще одно я должен сказать, это очень важно. В давние времена... Раньше я часто говорил, что самый молодой в зале. Теперь я один из самых старых. Мне это ненавистно, я не чувствую себя стариком, но я один из самых старых.
Так вот. Помню, не так давно, лет 20 или 25 тому назад мы слышали хорошие новости про США. У США был великолепный квартал, у США был великолепный месяц. Все котировки шли вверх. Так и должно было быть.
Сейчас, когда говорят, что у США был рекордный квартал, это не о хороших показателях. Все акции падают, потому что они говорят: о, нет, никакой инфляции. Они намереваются поднять процентные ставки и делают это. Глупые люди типа Пауэлла поднимают ставки.
И чего они этим добиваются? Они мешают вам стать успешными. Были времена, когда у нас был великолепный квартал, великолепный месяц, великолепная прибыль, великолепное все и хорошие новости. И фондовый рынок шел вверх. Так будет и впредь. Мы должны это повторить, потому что так должно быть. Теперь, когда у нас великолепный месяц, они хотят все разрушить. Как тогда, когда у нас было более пяти процентов. (Вероятно, Трамп имеет в виду рост американского ВВП — прим. ИноСМИ).
Люди удивляются, что мы должны делать 20 процентов. Мы можем сделать 25 процентов в хорошие годы. Причина в том, что они очень боятся инфляции, но рост не означает инфляцию.
У нас великолепный рост с очень низкой инфляцией. На самом деле, рост может побороть инфляцию, настоящий рост. Поэтому мы хотим вернуть те дни, когда объявляли великолепные цифры ... знаете, это феноменально, все эти заводы строятся рекордными темпами.
Сейчас создаются и развиваются тысячи компаний. Помните, 18 триллионов инвестиций. А второй показатель, кажется, три. Это был Китай много лет назад. Инвестиции в одной стране свыше 18 триллионов — такого никто и никогда не видел.
Эти деньги продолжают поступать и идут на развитие и строительство. Строятся заводы, создаются тысячи компаний. Тысячи, сотни крупных заводов, автомобильные предприятия возвращаются в США. Возвращаются из Канады. Возвращаются из Мексики, из Японии. Япония к нам приходит и строит здесь заводы, чтобы не платить пошлины. Китайцы приходят. Со всего мира к нам приходят.
Сегодня у нас строится больше предприятий, автомобильных заводов, чем когда бы то ни было. Такого не было даже в пору расцвета в 1940-е и 1950-е годы. И заводы эти больше. Никто сегодня не реконструирует. Покупая старое предприятие, они его сносят. Строят совершенно новый завод, суперсовременное предприятие. И это происходит с невиданным размахом.
В 2024 году США построили менее двух миллионов новых домов, а Байден пустил в страну свыше восьми миллионов новых мигрантов. Те дни прошли. В 2025 году впервые за полвека в США была обратная миграция. И это замечательно.
Это были преступники, которых выдворяли из нашей страны, потому что власти пускали к нам людей из тюрем, из банд, наркодельцов, убийц. 11 888 убийц. Большую часть из них мы выгнали.
А эти глупцы из руководства Миннесоты избивали сотрудников миграционно-таможенной службы. Мы так много помогаем Миннесоте, но они этого не ценят. А большинство других штатов ценит.
Знаете, Вашингтон, округ Колумбия, это сейчас самое безопасное место в США. А раньше город был очень опасен, там даже гулять нельзя было. А теперь можно гулять с женой и детьми прямо по центру города. Сейчас Вашингтон безопасен, как и должно быть.
Мы направили военных, национальную гвардию. За два месяца навели порядок. Прошло три месяца, и город просто великолепен, замечательное место, безопасное и красивое.
Даже уборку провели. Надписи исчезли, заборы убрали. Больше не нужно думать об ограждениях. Все эти места... трава пострижена, а во многих местах высажена заново. Вашингтон снова прекрасен и безопасен.
Открываются новые рестораны. Раньше все закрывались. Сейчас в ресторан не попасть. Рестораны в Вашингтоне, они все открываются. Также в Мемфисе, Теннесси, Новом Орлеане, Луизиане. Мы там три недели. Преступность снизилась. За месяц сократили преступность на 64 процента.
У нас там практически нет преступности. И мы можем это сделать везде. Мы поможем людям в Калифорнии. Мы хотим, чтобы у нас не было преступности. Я знаю, Гэвин был там. Я очень хорошо ладил с Гэвином, когда был президентом [в прошлый раз]. Гэвин хороший парень, и мы... если ему будет нужно, я сделаю это незамедлительно. Хотелось бы посмотреть. Мы хорошо им помогли в Лос-Анджелесе, в самом начале моего срока, когда у них были некоторые проблемы. И мы делали это с удовольствием.
Скажу вот что. Будь я губернатором-демократом или что-то в этом роде, я бы призвал на помощь Трампа. Я бы сказал: приезжай, сделай так, чтобы мы хорошо выглядели, потому что мы снижаем преступность до нуля. И мы выдворяем людей, закоренелых преступников, которые ничего хорошего делать не хотят, а только плохое. Мы возвращаем их на родину. Там, где мы это сделали, все замечательно, поразительно. И у нас есть возможность сделать это в гораздо больших масштабах.
Мы лишаем нелегальных иммигрантов пособий и прочих государственных льгот, и я дал указание начать это немедленно. Больше не будет никаких выплат городам-убежищам, потому что они стали убежищами для преступников. Они на самом деле защищают преступников. Но мы должны выгонять таких людей из страны.
Убийцы, наркоторговцы, психически невменяемые. Они опустошают свои психбольницы, а больных направляют в США. Но несмотря на это, у нас самые низкие за всю историю страны показатели преступности, и это самые свежие данные.
Не менее важно и другое. Мы жестко подавляем мошенничество более чем на 19 миллиардов долларов. Это деньги, украденные сомалийскими бандитами. Можете в это поверить? Сомали. Оказалось, эти люди умнее, чем мы думали. Я всегда говорю, что у них низкий IQ. Но как они попали в Миннесоту и украли все эти деньги?
А мы... знаете, они пираты. Они хорошие пираты. Но мы уничтожаем их в воде. Как уничтожаем катера с наркотиками.
В последнее время они не очень-то пиратствуют. Когда они садятся в свои лодки, они хотят захватить танкер с нефтью на полтора миллиарда долларов и говорят, что взорвут его. У них мощное вооружение. Но если ты попадешь в борт судна, все взлетит наверх.
Страховые компании в ужасе. Поэтому они говорят: просто отдайте им судно, а мы заплатим. Но я так не поступаю. Мы взрываем их прямо в воде.
Мы видим, как они выходят в море, и мы взрываем их в воде. Сейчас уже не так много пиратов. Скоро их вообще не будет, недолго осталось.
Мы подрываем катера с наркотиками, даже подводные лодки. Можете поверить, они покупают эти... их называют минисубмарины. Они очень быстрые.
Покупают для перевозки наркотиков. Мы две подбили. Демократы говорят, что это были рыбаки. Да, испортили мы кому-то рыбалку на выходные.
Я бы не сказал, что подводная лодка — это рыболовецкое судно. Знаете, рыба ... мы уничтожаем наркотики в воде, в океане, в море на 97,2 процента. Подумайте об этом. А я говорю, где еще эти чертовы три процента? Не хотел бы я управлять такими лодками. Мы их уничтожаем, и теперь они начинают действовать на суше. Но мы все равно будем их уничтожать.
На суше проще. То, что мы сделали на море, невероятно, и это заслуга наших замечательных военных.
Обстановка в Миннесоте напоминает нам, что Запад не может массово импортировать чуждую культуру из стран, которые не сумели построить у себя успешное общество. Я имею в виду, мы принимаем людей из Сомали, а Сомали — это несостоятельное ... это даже не государство.
Правительства нет, полиции нет, армии нет. Ничего нет.
А у нас эта фальшивая конгрессвумен, у которой 30 миллионов долларов состояние. Можете в это поверить? Ильхан Омар говорит о конституции, указывает мне... А сама приехала из страны, которая и не страна вовсе. И она говорит нам, как управлять Америкой... Позвольте вам сказать, это ей с рук не сойдет.
Рост благополучия, прогресс, благодаря которым был построен Запад — они появились не из налогового кодекса. Они в конечном счете появились из нашей особенной культуры. Это драгоценное и общее для Америки и Европы наследие.
Мы разделяем это наследие, разделяем его. Но нам надо также крепить его. Мы должны становиться сильнее, успешнее и благополучнее, чем раньше.
Мы обязаны защищать эту культуру и заново открывать тот дух, который возвысил Запад, вывел его из глубин средневековья, поднял на вершину человеческих свершений.
Мы живет в невероятно изменчивые времена. Это невероятное время, но мы должны воспользоваться тем временем, в котором живем, взять его в свои руки, использовать технологии, каких не могло быть у наших предков... Ну, они даже мечтать не могли о том, что мы видим сегодня. А все это появляется так быстро.
Я имею в виду искусственный интеллект. Два года назад никто даже не слышал этот термин, а сегодня все о нем говорят. Ему можно найти очень хорошее применение. Но можно также найти опасное применение.
И мы должны внимательно за этим следить. Но благодаря нему происходит много чего замечательного. И мы в этом серьезно лидируем. Показываем большие успехи. Но возможностей еще больше, и они просто величественны, чего еще не было в истории человечества. И они прямо перед нами.
В этом зале первопроходцы, многие из вас, собравшихся здесь, первопроходцы. Вы поистине потрясающие, великолепные люди. Вы сумели получить билет на эту встречу, а это многое говорит о ваших способностях, потому что на каждое место было 50 желающих. Я не знаю, как Ларри ... Все, к чему прикасается Ларри, превращается в золото. Он сделал это мероприятие очень успешным.
Вы здесь, в этом зале, и среди вас есть величайшие лидеры. У вас лучшие во всем мире мозги. А будущее безгранично. И во многом это благодаря вам. Мы должны защищать вас, мы должны дорожить вами.
Я всегда говорю, что мы должны дорожить своими талантливыми людьми, потому что их не очень много.
Так что давайте вместе, уверенно, смело и настойчиво возвышать наших людей, развивать нашу экономику, защищать общую судьбу и строить для наших граждан будущее, которое станет как никогда амбициозным, восхитительным, вдохновляющим и великолепным.
Мы в состоянии делать то, о чем никто прежде даже подумать не мог, и это уже делают многие из числа собравшихся в этом зале.
Хочу вас поздравить и сказать, что я до конца с вами. Вы способны делать то, о чем никто даже подумать не может. Так что я поздравляю вас с вашим колоссальным успехом. А Соединенные Штаты возвращаются, став больше, сильнее и лучше, чем прежде.
Увидимся. Всем вам большое спасибо. Большое спасибо.
* — организация признана террористической и запрещена в России
